Не легкий путь
Утро встретило Давида сидящим под ветвистым деревом. В полудреме он прислушивался к тишине. Прохладный ветерок заставил его невольно поежиться и неохотно открыть глаза. Подняв взгляд на все еще серый небосвод, Давид сонно вздохнул. Он пытался отогнать назойливую, словно муха, дрему и осмотреться более трезво, но тишина, кружащая вокруг поляны, баюкала словно колыбель. Вырваться из нежных объятий Морфея оказалось не так уж просто. Лесной маг прикрыл глаза и по новой погрузился в миры снов. Но едва слышный шелест опалой листвы и последующий треск ломающегося под чьим-то весом хвороста, оборвал все нити дремы, возвращая мага к реальности. Мгновения было достаточно для того, чтобы дать Давиду вновь открыть глаза и устремить более осмысленный взор в сторону источника шума. Вокруг было все так же спокойно. Каждый из числа команды все еще прибывал в сонном царстве. Именно это и насторожило лесного чуть больше. Шелест, на сей раз, сопровождаемый тихим утробным рыком, повторился. Осознание того, что барьера уже нет, настигло воина в тот же миг, легким испугом отражаясь в разуме. Рука лесного мага невольно легла на эфес покоящегося подле него меча. Шелест доносился до чуткого слуха все чаще. Треск ломающегося под весом хищника хвороста раздавался в тиши подобно грому, заставляя содрогнуться.
Давид всеми силами пытался давать страху отпор и, набираясь смелости, медленно подняться, придерживаясь тени дерева. Храня хрупкую тишину, он с замиранием сердца наблюдал за вступившим на территорию, занятой ими поляны, огромным серым волком.
В просторных лесах он жил и рос, знал каждого из их обитателей, потому смело мог заявить, что видел и знал любую породу хищных животных. Но с подобным он еще не встречался. Размером он много отличался от обычных волков, а черные глаза его казались невообразимо разумными, чем у иных. В нем не читалась ярость, не проявлялся безудержный голод. Он не охотился, но что-то ему все же было нужно.
Пытаясь не создавать лишних шумов, Давид тихим шагом прошел ближе к товарищам, но тем не менее, пытаясь держаться позади волка. Меч он держал двумя руками, готовясь атаковать его в любую минуту.
Волк бесшумно перешагнул через спящего Лейна, тихо фыркнув, обошел потухающий костер. Все так же, не нарушая тишины, он прошел мимо Фавана, мягко перепрыгнул через Сафи. Опасение вновь овладело сердцем мага, заставляя пропустить удар, стоило волку остановиться подле мирно спящего Алиоса.
Хищник мягко ткнул его носом в плечо, перекатывая на спину. Недовольный рык, подхваченный тихим ветром, пронесся по поляне, стоило Минану что-то невнятно пробормотать, перекатываясь на другой бок. Отступать так быстро волк был не намерен. Вновь вернув его на спину, но на сей раз массивной тяжелой лапой, волк попытался разбудить его, пихнув влажным носом в щеку. Алиос отстранил от себя морду зверя и сонно потянулся, не без труда открывая глаза. Его туманный взгляд обратился в сторону нарушителя покоя, и уже в следующий миг от дремы не осталось и следа. Растерянный волшебник не придумал ничего иного, кроме как поинтересоваться:
- Чего тебе, серый?
Хищник переминулся с лапы на лапу и коротко что-то прорычал в ответ.
- А мне-то что до этого?
Сонно зевая, Алиос присел, потирая слипающиеся глаза ладонями. Давид стоял в стороне подобно статуе и с недоумением прислушивался к их невнятному диалогу. О том, что Минан знал язык зверей он и не подозревал, поскольку знал его не столь долго. Несомненно, о том, что он волшебник, лесной знал, но ведь до совершенства ему далеко. Говорить с животными не имели возможности даже некоторые из Высших магов, что уж говорить о начинающих.
Волк пристально глядел на собеседника, что-то протяжно и гортанно рыча, словно пытаясь в чем-то его убедить. Алиос заинтересованно заломил бровь, смотря на него с некоторым сожалением.
- Чем докажешь, что не врешь?
Хищник недовольно фыркнул и, обойдя лесного, уже и не пытаясь сохранять тишину, направился в сторону Катрин. Он подобрался поближе к девушке, ухватился зубами за край широкого рукава и оттянул к самому локтю. Взгляду недремлющих представились замысловатые, уж слишком сложные узоры, черной сетью тянувшиеся от запястья девушки к ее плечу. С удивлением в глазах Алиос поднялся с места и бесшумно подошел ближе. Следящий за ними Давид был не менее ошарашен, но подойти к ним не рискнул.
- О, Боги, - едва слышно прошептал Алиос. - Печать Хелайна.
- Но... как? - бросил ему в спину маг, словно обращаясь к пустоте.
- Выходит, она его предвестник.
Притихший за его спиной волк вновь что-то прорычал, заставив лесного в изумлении оглянуться. Недолго вслушиваясь в его рык, он неторопливо повернулся в сторону все еще спящей девушки.
- Давид, - тихо позвал Алиос подошедшего уже ближе мага.
Не без труда оторвав взгляд от руки девушки, воин обратил свое внимание на волшебника.
