Во власти выбора полностью

Я не посещал горный домик уже много лет. Последний раз мы приезжали туда с мамой, когда она вновь чувствовала себя потерянной и впала в уныние. Депрессия не давала ей возможности сосредоточиться на картинах, которые должны были быть готовы к открытию ее галереи, поэтому она еще больше замыкалась в себе. Единственным местом, где она находила покой и себя, был тот дом.

Помню ее печальные глаза, смотрящие в одну точку где-то на стене, ее худое тело, которое она пыталась скрыть под широкой одеждой, или то, как я обнимал ее, а она вздрагивала и пыталась отстраниться, чтобы скрыть излишнюю худобу, но меня это не останавливало. Никогда. Несмотря на это, ее объятия были самыми мягкими и теплыми во всем мире. Никто и никогда после ее смерти не обнимал меня так, как она. Так было до Адрианы.

Проклятье.

Костяшки впивающихся в руль пальцев побелели из-за непрошеных мыслей и того, как эта девчонка постоянно врывалась в голову. Я въехал на подземную парковку жилого комплекса, где находился мой пентхаус, чтобы забрать ноутбук и собрать вещи для меня и Адрианы. Выходя из машины, я спрятал пистолет за поясом и поспешил к лифту, который поднял меня на последний этаж и раскрыл двери перед моей квартирой. Я ввел код и вошел внутрь, где меня встретили темнота и тишина. Но это не все. Ужасный древесный запах с примесью приторной гвоздики витал в воздухе. Здесь кто-то был, возможно, он все еще оставался здесь.

Я достал пистолет и, сняв с предохранителя, направил его впереди себя, готовый выпустить пулю при первой необходимости, и медленно прикрыл за собой дверь. Мои шаги тихие и осторожные. Благодаря городским огням не было необходимости включать свет, чтобы увидеть происходящее в гостиной.

Первым делом я проверил прачечную рядом с коридором, она оказалась пустой. Далее направился в гостиную, но и в ней, как и в кухне, никого не было, однако тошнотворный аромат все еще гулял по комнате. Прежде чем подняться на второй этаж, я решил проверить тренажерный зал и, не найдя никого, пошел в кабинет.

Держа пистолет одной рукой, второй я нажал на ручку и открыл дверь в небольшую комнату, обставленную от пола до потолка книжными полками с громоздким деревянным столом. Она оказалась пустой, но на столе я заметил легкий беспорядок: бумаги разбросаны, ноутбук лежал не там, где я его оставлял, и в воздухе все еще держался этот запах. Кто бы здесь ни был, он пытался что-то найти, но я мог предположить, ничего не нашел, потому что ноутбук защищен надежным паролем, да и мне бы пришло уведомление о попытках взлома. В бумагах не было ничего важного, а самое ценное я держал при себе. Вся информация была скачана на флешку, которая висела у меня на груди в качестве медальона в виде когтя.

Что же ты искал?

Я забрал ноутбук и направился в комнату, чтобы убедиться, что в ней также никого нет. Так и оказалось. Я убрал пистолет за пояс брюк, но пока не снял с предохранителя. Оглядев комнату, заметил жуткий бардак: вся одежда разбросана на кровати и по полу, словно здесь прошелся ураган. Мне оставалось лишь предположить, был ли он вызван Адрианой в попытке найти подходящий наряд из того небольшого выбора одежды, или же взломщики пытались найти что-то в ее вещах.

Я схватил из гардеробной небольшую спортивную сумку и засунул в нее пару вещей для себя и несколько чистых футболок для Адрианы, в которых она будет щеголять по дому, оголяя свои чертовски привлекательные ноги. От этого образа и воспоминаний о румянце на ее щеках из-за ехидного замечания насчет моей одежды, что я сделал перед отъездом, и несостоявшимся поцелуем, мой член привстал.

Черт. Я практически сделал это. В последний момент мозг включился, посылая сигналы опасности, и я отступил, хотя мои руки чесались от желания схватить ее и прижать к стене, овладеть ее сладкими губами и поглотить их. В тот момент Адриана выглядела такой соблазнительно невинной, что зверь внутри меня хотел осквернить ее, лишь бы эти греховные глаза перестали так на меня смотреть.

Но я вовремя пришел в себя, потому что ей это было ни к чему. Адриана только вернулась с похорон матери и жениха, она в один день потеряла двух любимых и не успела отойти от этого шока, а я готов был наброситься на нее.

Что со мной не так? Я становился монстром, похожим на них, не осознавая этого и совершенно не планируя. Казалось, я отлично влился в свою роль.

Злясь на себя, я бросил в другую сумку вещи Адрианы и ее нижнее белье, а еще пару ванных принадлежностей, которые ей купила Марлен – единственный человек в этом городе, который мог бы называть себя моим другом. На самом деле она была девушкой, с кем я проводил свои вечера, когда приезжал сюда по работе, но кого это волновало? Точно не мое тело, потому что оно вот уже несколько месяцев реагировало лишь на ту, что находилась под запретом.