– Мелисса, – хрипло прозвучал голос любимого волка.
Одди прижался своим лбом к моему лбу.
– Нить, которая связала нас, скоро окончательно разорвется, потому что ты больше не оборотень. Мы перестанем чувствовать друг друга на расстоянии, потому что твоя звериная сущность исчезла. Ты так мечтала вернуться к прежней жизни, рвалась к людям… Видимо, Всевышний услышал твои молитвы. Ты свободна, Мелисса. Ты больше не являешься частью стаи, и я не твой вожак, потому что у оборотней нет власти над людьми. Я отпущу тебя, потому что, несмотря ни на что, люблю…
Его слова подобно ядовитой кобре жалили в самую душу, понимала, что я не достойна такого мужчины. Он любил меня настолько сильно, что не только простил, но и спас моих родных. Я прижалась к нему. Уткнулась носом в горячую грудь, вдыхая родной запах, принадлежащий только этому мужчине.
– Прости за то, что причинила тебе столько горя… – промолвила дрожащим голосом.
Одди напрягся, словно не желал окунаться в прошлое, расцепил мои объятия и отошел в сторону, будто хотел сбежать подальше, а потом промолвил ледяным тоном:
– Тебе опасно находиться рядом с оборотнями. Ты слишком часто испытываешь чувство страха. Рано или поздно, кто-нибудь разорвет тебя на части. Даже я опасен для тебя. Меня раздирает от противоречивых эмоций. Смотрю на тебя и хочется голову тебе оторвать, но потом понимаю, что передо мной не Мэл, а моя Лисса, которую бы зацеловал до смерти. Но теперь и этого позволить себе не могу. Я стал слишком силен. Стая, которая принадлежала Мэл, теперь моя. Ведь тот, кто одолеет вожака, забирает его волков себе. Мы победили Мэл, и волки, которые служили ей, признали меня вожаком. Теперь моя стая такая же большая, как у Эйнара. Это сделало меня выносливее и сильнее. В порыве страсти и близости, я с легкостью могу переломать тебе кости, ведь ты теперь человек. А люди – существа хрупкие и слабые. Не хочу причинить тебе боль. Поэтому принял решение. Сегодня же вы с Маркусом уйдете в деревушку, где теперь живет твоя семья. Если твоя звериная сущность вернется, мы сможем быть вместе, если же нет… На этом наши пути разойдутся.
– Одди, – выдохнула я, не зная, что сказать. – Спасибо за то, что спас моих родных и меня.
– Моя Лисса, – натянуто улыбнулся он, нежно провел костяшками пальцев по моей щеке. – Я знал, как сильно ты любила маму и отца, братьев. Мне не хотелось, чтобы ты испытала боль утраты, как когда-то я, когда лишился родных. К тому же мне хотелось хоть как-то загладить свою вину. Ведь я знал, что Сирена и Аврора дадут тебе отвар, который лишит тебя способности родить ребенка. Они мне все рассказали, но я их не остановил. Слишком непростой выбор тогда стоял перед нами.
– Мэл уничтожила многих людей и волков, а ее лишили возможности стать матерью. Все справедливо, – шмыгнула носом, отвела взгляд в сторону.
– Мне жаль, что именно тебе досталось второе эго. Ты добрая девушка и не заслужила подобной участи. Маркус отведет тебя к матери. Тут недалеко, – проговорил он.
Я не выдержала, бросилась на шею к Одди. Нашла его губы своими губами, целовала с отчаянием, будто пыталась выплеснуть всю боль и горечь, которые накопились в моей душе. Любимый ответил на поцелуй. Коленом развел мне ноги в стороны. Одной рукой удерживал меня за затылок, а второй прикоснулся к чувствительной точке между ног. Я распахнула глаза от неожиданности. Задержала дыхание. Лавина эмоций обрушилась на меня. Одди разорвал на мне платье, оголяя грудь.
– Я не смогу себя сдерживать, – зарычал мне на ухо тихим злым голосом, впечатав меня в шкуры весом своего тела.
– Ты мне нужен, – призналась я и всхлипнула, когда давление между ног перешло в резкий толчок.
Болезненный поцелуй в шею, острые клыки прошлись по нежной коже. Никакой боли не возникло. Одди был похож на одичавшего зверя. Его толчки были сильными, поцелуи страстными и ненасытными, а руки сжимали мое тело так, что порой слышала треск костей. Я настолько растворилась в этом мужчине, что ничего кроме наслаждения не чувствовала. Я тонула в омуте черных глаз, которые постоянно вспыхивали янтарным цветом. В какой-то момент я сорвалась и полетела вниз. Падала, чувствуя длительные тягучие вспышки. Мой крик слился с грозным рычанием. В черных глазах Одди клубилось что-то пугающее, звериное, хищное. Вожак получил разрядку, сжав до боли мои бедра. Мы, тяжело дыша, смотрели друг на друга. Чувствовала, что Одди безумно по мне скучал, как и я по нему. Любимый прокусил себе запястье, а потом немного грубо прислонил руку к моему рту.
– Пей! – приказал он. – Живо!
Я захлопала ресницами, ощутив, как на смену удовольствию, пришла волна дикой боли. Ребра болели так, что вдох не могла сделать. Прижалась губами к запястью вожака и с трудом выпила его кровь. Меня мутило от этого вкуса. И как я раньше пила эту гадость? Неужели действительно стала человеком?
– Моя кровь ускорит твою регенерацию, синяки и укусы сойдут быстро. Если повредил тебе ребра, они тоже восстановятся за пару часов.
– Я не хочу тебя потерять, – призналась, вцепившись в плечи любимого мужчины.
