— Нет, здорово получилось! — Я с большим восхищением разглядывала интерьер кафе, в котором было продумано все до мелочей.
Не удержалась и рассмотрела каждую тряпичную куклу, которая находилась в ближайших метрах от нашего столика.
— Изумительно, — я восхищалась тем, насколько гармонично нужно было сочетать текстуру ткани и различные мелочи, начиная от разноцветных пуговиц и заканчивая пряжками на нарисованных ботиночках, чтобы создать поистине неповторимые образы игрушек. — Все, кто создает подобные вещи, настоящие волшебницы!
Денис по — доброму улыбнулся, и в его глазах я не прочитала того, что веду себя как большой ребенок.
— Думаю, тебе стоит самой посетить мастер-классы, которые проводит Аня.
— А можно? — Я сама не заметила, с каким воодушевлением ответила на его предложение. — В смысле, можно вот так с нуля научиться делать такую красоту?
Я обвела взглядом помещение, и вновь взглянула на своего собеседника.
— Было бы желание, — он вновь одарил меня своей теплой улыбкой и углубился в изучение меню.
А я…ох, и зачем он упомянул про желание: мысли в моей голове куда — то улетучились, а тело напряглось в ожидании ласки. Перед глазами пронеслось воспоминание, как ночью этот мужчина расспрашивал, чего мне хочется больше всего. Как я, преодолевая собственную робость и смущение, тихо признавалась: от каких ласк начинается дрожь по всему телу и где острее всего чувствуются его поцелуи. И мы провели что-то вроде эксперимента, определяя, в какой позе он находится во мне наиболее глубоко. Щеки загорелись, и я спряталась за меню, боясь собственных мыслей. Соски ужасно ныли, и мне показалось, что даже нижнее белье на мне стало немного влажным…
Неужели это все происходит со мной? После того, как я провела с незнакомцем ночь, я спокойно сижу с ним же в кафе и вспоминаю, как мы… Интересно, это нормально? И ведь спросить абсолютно не у кого: мама и сестра отпадают, а лучшей подруге я никогда не признаюсь в том, что произошло. С одной стороны, нужно радоваться, что Денис не оказался мерзким типом, а вполне себе приличным человеком. Не нужно бояться, что он заразил меня какой-нибудь инфекцией или снимал происходящее между нами на телефон. По его разговору и манере поведения было понятно, что он не станет разглашать произошедшее между нами. Денис номер два, теперь в своих мыслях я планировала называть eгo именно так, вызывал вo мне доверие. И возможно, поэтому я все же решилась задать ему вопрос:
— Денис, — оказалось, что он уже смотрит на меня, отложив меню, — скажи: ты ведь был в отношениях с Алисой долго, да?
Он кивнул.
— Тогда почему, — я потупилась, спрятав глаза, не зная, как лучше сформулировать вопрос, чтобы его не обидеть.
— Что?
— Почему ты не понял, что я — не Алиса? Ну, — боялась смотреть на него, — мы ведь были откровенны друг с другом и…
— Хм, — он кашлянул. — Ты своему парню никогда не рассказывала о собственных желаниях, правда?
Я засмущалась окончательно, пожалев, что вообще завела этот разговор.
— Обычно, подобного рода доверие бывает не сразу. — Он на мгновение умолк. — У нас с Алисой не было. Хотя это была лишь верхушка айсберга в тех вещах, которых у нас с ней не было, и быть не могло.
— Прости, я не хотела, — мысленно отругала себя, что напомнила ему о больном.
— Ничего, в конце концов, мне нужно перевернуть эту страницу и жить дальше. — Натянуто улыбнувшись, поменял тему разговора. — Ты выбрала, что будешь заказывать?
Далее наша трапеза проходила тихо и ровно. Μы не обсуждали сколькие темы, не вспоминали о том, что делали прошлой ночью и вообще делали вид, что являемся друг для друга давними приятелями. Несколько раз, правда, из моей сумочки раздавалась трель телефонного звонка, но я старалась ңе замечать этого. Денис же, понимая, кто именно может мне звонить, посоветовал ответить и даже собирался уйти, позволив мне поговорить наедине, но я отказалась. Ругала себя в душе за подобную трусость, но просто не могла сейчас придумать внятную отговорку для человека, которого знала много лет, на вопрос: почему я до сих пор не нахожусь в доме его родителей.
Вернувшись домой в свою небольшую двухкомнатную квартиру, доставшуюся мңе в наследство от бабушки, я долго стояла под теплыми струями воды в надежде смыть последствия «греха». После, облачившись в теплый халат, я неторопливо разобрала сумку, которую привезла из гостиницы, загрузила в машинку белье и, выпив, наверное, третью кружку горячего чая, поняла, что не имею права тянуть дольше. Набрав знакомый номер, затаила дыхание, не зная, как не выдать себя…
— Лиза, ну, наконец — то, — в голосе Дениса было слышно облегчение. — Куда ты пропала? Звонок прервался, ты не брала потом трубку, что случилось?
— Денис, — мой голос был очень хриплым, — я…
— Ты что, заболела?
— Угу, — мычу в ответ, понимая, что просто не могу появиться сегодня перед мужчиной и его родными.
— Плохо, — теперь он расстроен. — Ты давай лечись, а я пока со своими останусь: отцу сложно дается осваивание костылей. Справишься сама?
— Конечно, — хриплю в ответ. — Передавай от меня приветы и пожелания…