Рок-звезда: Не просто шокирован. Я был в ужасе. Я пытался сохранить твою личную жизнь в безопасности и не смог этого сделать. Поэтому, когда Аспен взяла все в свои руки, я позволил этому случиться, потому что ни хрена не знаю, что делать, и в последний раз, когда я подвел тебя, то эпически облажался.
***
Рок-звезда: Затем я разозлился. Ты смотрела на меня так, словно я должен знать, что делать, а я не знал. Я почувствовал себя бесполезным, и это меня разозлило.
***
Рок-звезда: Нова, я все еще не знаю, что делать, но точно знаю, что мы должны решить это вместе. Последние пять лет я провел, делая то, что мне говорили, иногда это раздражает, но, в тоже время, очень облегчает жизнь.
***
Рок-звезда: Я так сосредоточен на своей работе и на том, чтобы доказать всем свою правоту, что забываю думать о себе и о том, чего хочу. И, Нова, я хочу тебя. Я имел в виду то, что сказал.
***
Рок-звезда: Я бы очень хотел, чтобы ты взяла трубку. Хотел бы сказать тебе все это лично. Хотел бы, чтобы мне вообще не пришлось это говорить. Хотел бы пообещать, что больше не буду косячить. Я многого хочу. Но в основном хочу, чтобы ты была здесь.
***
Рок-звезда: Пожалуйста, просто скажи, что ты в безопасности. Пожалуйста, дай мне уверенность в этом прежде чем ты исчезнешь на этот раз.
***
Сообщения приходили вчера, через некоторое время. Но сегодня ничего. Неужели он передумал?
Мои пальцы зависли над кнопками, я хотела ответить, но не могла составить ни единого слова.
― И? ― спросила Вера.
― Он извинился.
― Отлично.
Но эти сообщения он прислал вчера, сегодня от него ничего не приходило, и в последнем сообщении угадывается раздражение, возможно, своей выходкой я все испортила?
― Ну, хорошо, что мы не в средней школе, и можем просто поговорить с ним, ― саркастически сказала Рэй.
― Что, если он не предоставит мне шанса?
― Пффф. Конечно, предоставит, ― сказала Рэй. ― Ты ― Шаловливая Нова. Кто от такого отказывается?
Я засмеялась, покачав головой.
― Я серьезно.
― Как и я. Ты ― бомбическая сучка, которая может покорить весь мир, ― яростно сказала она.
― Не думаю, что ты права. Он был прав, когда назвал меня трусихой. Я всегда убегаю.
― Ты не трусиха. Тебе просто нужно пару минут, чтобы все обдумать, ― добавила Вера. ― Внешне ты можешь казаться спокойной, но внутри тебя таится огненно-рыжая бестия, и когда происходит что-то серьезное, тебе нужно время, чтобы остыть в течение часа или пары дней.
― Даааа, ― согласилась Рэй, растягивая слово. ― Помнишь, как ее мама пыталась купить ей квартиру в Коннектикуте?
― О, боже, ― простонала Вера, хлопая в ладоши. ― Она уехала на неделю, в... в...
― Колорадо, ― дополнила Рэй.
Они говорили обо мне, словно меня здесь не было, и я с благоговением наблюдала, как они перечисляют черты характера, о которых я и не подозревала, но для них они довольно очевидны.
― Но ты всегда возвращаешься спустя время, когда тебе предоставляется шанс все обдумать. Как в ситуации с твоей мамой. Ты позвонила ей и очень вежливо отказала, ― напомнила мне Рэй.
― Но я могу убегать всю жизнь.
― Нет, не можешь, ― сказала Вера. ― Ты работаешь над собой. То, что ты это осознаешь, уже половина успеха. Но в том, что тебе нужно пространство для того, чтобы поразмыслить, нет ничего плохого, просто, возможно, тебе стоит заранее предупреждать людей, которых ты любишь, о том, что ты не собираешься свалить навсегда.
― А что, если ему не нужна такая, как я?
― Ему придется смириться, если он хочет, чтобы ты была в его жизни, ― сказала Рэй.
― И он будет полным идиотом, если не захочет тебя.
― Особенно когда ты появляешься на «Грэмми», как гребаная секс богиня, ― воскликнула Рэй, подпрыгивая на своем месте.
― Не знаю, я...
Рэй прижала палец к моим губам, остановив мои оправдания.
― Мамочка Рэй позаботится о тебе. А теперь замолчи и скажи спасибо.
Под натиском ее пальца мне удалось улыбнуться и пробормотать:
― Я люблю тебя.
― Тоже неплохо, ― признала она.
Вера обняла меня со спины, а Рэй спереди. Для того чтобы успокоиться и прийти в себя мне нужны были горы... по их мнению, но если бы мне пришлось делать выбор, я бы всегда выбирала их.
Все, что мне нужно было сделать, это вернуть Паркера и доказать ему, что мне может понадобиться несколько минут на раздумья, но я всегда выберу его.
ПАРКЕР
― Паркер, ты был влюблен в свою сводную сестру? Будут ли в нашем новом альбоме песни о кровосмесительной любви?
― Отвали, Орен, ― проворчал я.
― Эй, чувак, я готовлю тебя к сегодняшней красной дорожке.
― Он прав, ― подтвердила Аспен, подходя ближе с чертовой штуковиной для макияжа. ― Теперь, когда они разнюхали все о вашем прошлом, для них нет преград.
― Если ты снова попытаешься накрасить меня, я растопчу твою косметичку.
Она ахнула и уставилась на меня, прижимая прямоугольник к груди так, словно это ее ребенок.
― Я хотела, чтобы ты выглядел более человечно.
