Она снова начала смеяться, и я забыл об одеяле. Я бы безропотно вытерпел что угодно, если бы мог наблюдать за тем, как смеётся Нова. Я наслаждался ее видом, запоминая каждую новую черточку и веснушку, которая появилась после её пребывания на солнце.
Когда она поняла, что я наблюдаю за ней, то попыталась взять себя в руки, глядя в пол, заправила прядь волос за ухо. Кивнув, повернулась и закрыла за собой дверь.
Я повел ее к машине, и вся игривость, которая была между нами в коридоре, исчезла, когда мы забрались на заднее сиденье. Между нами снова повисло напряженное молчание, нарастающее с каждой милей, приближающей нас к автобусу. Ее молчание беспокоило меня, а то, как она покусывала кожу на пальце, выдавало сильнейшее беспокойство.
― Ты не против? ― спросил я.
Она посмотрела на меня, а затем снова в окно.
― Да. Это всего лишь работа.
Это было больше, чем работа, и она знала это ― мы оба знали. Просто я был единственным, кто не боялся посмотреть правде в глаза. Возможно, если она лишится возможности бежать, то сделает то же самое. Хотя бы для того, чтобы избавиться от напряжения между нами и вывести нас на стабильную почву.
― Послушай, Нова. ― Она напряглась, но я продолжил: ― Насчет Сони...
― Это не мое дело.
― Ты не права.
― Нет, ― заявила она, указывая на меня пальцем, ― помимо работы, между нами ничего не может быть.
― Черт, Нова, ― огрызнулся я, блокируя двери, прежде чем она успела выйти.
Мне следовало начать этот разговор до того, как мы вышли из квартиры.
Не поднимая глаз, она нажала на кнопку разблокировки, но я снова ее заблокировал. Мы были похожи на двух детей, ссорящихся на заднем сиденье.
Наконец, она медленно посмотрела на меня, и, если бы взгляды могли сжигать, я бы превратился в пепел. Все шло не по плану. Предполагалось, что это будет более легкая беседа, включающая смех, звучавший ранее. Вместо этого мы ступали на зыбкую почву и не знали, чего ждать.
― Я тресну тебя по яйцам, Паркер Каллахан.
Наши взгляды встретились. Мы не могли продолжать в том же духе.
― Ладно. Делай, что хочешь, но прежде чем мы выйдем, пожалуйста, выслушай меня.
Закатив глаза, она вжалась в сиденье и, надувшись, скрестила руки.
― Я был не в курсе того, что Соня объявится на новогоднем вечере. Все подстроила Аспен.
― Это не имеет значения, Паркер.
― Имеет, потому что ты появилась там не просто так. Ты пришла, чтобы встретиться со мной.
― И это была ошибка, ― огрызнулась она. ― Не знаю, о чем я только думала, потому что реальность такова, что несколько телефонных разговоров не меняют прошлое. Это не меняет нашей сущности.
― Я не хочу, чтобы было так.
― А как ты хочешь, Паркер? Хочешь, чтобы я стала твоей девушкой?
Она произнесла это так, словно это самая абсурдная вещь, которую она когда-либо слышала.
― Нова...
Она тяжело вздохнула.
― Я всего лишь старый друг... твоя сводная сестра... и я здесь, чтобы работать с тобой.
― Это не то, чего я хочу, ― прорычал я сквозь стиснутые зубы.
― Но так будет. ― Она сглотнула, а затем снова повернулась ко мне, и вместо прежней пустоты в ее глазах промелькнула настороженность. ― Это жизнь, Паркер... находиться здесь... тяжело. Тебе хорошо известно, что я никогда не хотела быть на виду, и когда я попыталась... ну, ты знаешь, что произошло.
Это преследовало меня каждый чертов день.
― У меня не просто так есть условия относительно публичных мероприятий. Я не хочу быть на виду, когда, не контролируя ситуацию, а это все, что ждёт меня рядом с тобой.
Ее идеальные веснушки заиграли на переносице, когда она поморщилась, словно мысль о воспоминании того мгновения причинила слишком сильную боль. Она закрыла глаза, затем снова открыла, в них отражалась решимость, но ничто не могло скрыть утрату, которая эхом отдавалась, между нами.
― Извини, Паркер, ― прошептала она. ― Я не могу предложить больше.
И после этого она ушла.
Я был слишком ошеломлен поражением, чтобы остановить ее.
Какой смысл?
Очевидно, она ушла задолго до того, как у меня появился шанс.
Мне ничего не оставалось, кроме как наслаждаться совместным времяпрепровождением и каждым мгновением.
Я должен... в конце концов, это все, что она мне позволит.
НОВА
Автобус грохотал по дороге, на улице лил дождь.
Я сидела в кабинке за столом, Паркер напротив меня. Остальные ребята развалились в комфортабельных креслах и диване, с инструментами на коленях.
Третий день в пути, но никакого результата.
Если честно, то в первый день мы старались держаться подальше друг от друга, насколько позволял туристический автобус, Эш и Паркер играли в видеоигры в задней части, а я вместе с Броганом и Ореном смотрела телевизор впереди. В первый день я постаралась освоиться ― как физически, так и морально. Не уверена, что мне удалось освоиться морально. Когда я отдергивала занавеску, отделяющую мою койку от пространства автобуса, и видела Паркера, выходящего из ванной, слегка вздрагивала. Как и тогда, когда мы были подростками.
Со временем я смирилась с этим.
