Но Рэй проигнорировала мое недоверие с преувеличенной улыбкой и перешла к другой теме.
― Итак, из-за воспитания в маленьком городке ты в конечном итоге обручился с Обри?
Я рассмеялся, перебирая в памяти все причины, по которым решил сделать предложение Обри в то время.
― Думаю, это сыграло свою роль. Как я уже говорил ранее, мой брат женился, и, возможно, это подтолкнуло меня к мысли о браке.
― Что еще? ― спросила она.
― Думаю, окончание колледжа и твое отсутствие оставили меня в подвешенном состоянии ― немного потерянным. Когда я увидел Джонатана на выпускном, он выглядел счастливым со своей женой, и я снова погрузился во что-то знакомое.
― Мне жаль, что меня не было рядом, ― тихо сказала она.
― Мы пытались общаться. Но нахождение в разных странах и неопределённость после окончания колледжа мешали поддерживать связь.
― Ты прав. Если тебе станет легче, мне тоже изо дня в день было тяжело без тебя. Мы провели вместе столько времени в колледже, что мне казалось, будто мне не хватает конечности, ― пошутила она.
― Ага, я определённо чувствую себя лучше, ― злорадствовал я.
― Всегда пожалуйста, ― сказала она напыщенно. ― Итак, думаю, главный вопрос в том, почему ты не женился на ней?
Я тяжело вздохнул.
― Это была довольно спонтанная помолвка. На самом деле, она вроде как попросила меня.
― Что? Как нетрадиционно с ее стороны, ― насмешливо вздохнула она, насмехаясь над моими традиционными взглядами.
― И в итоге, ― продолжил я, закатив глаза, ― она просто предложила, что-то типа «почему бы и нет», и в тот момент у меня не было веской причины, чтобы отказать.
― Это было в середине секса? ― предположила она с улыбкой.
― Не совсем.
― Тогда постсексуальный кайф.
― Боже, Рэй.
― Я угадала.
― Возможно.
― Хорошо. Отлично. Сосредоточься. ― Она указала пальцами на свои прищуренные глаза, а затем снова на меня. ― Итак, почему ты не довел дело до конца?
― Потому что, хоть это и было спонтанно, но когда пришло время что-то планировать, все стало казаться неправильным. Когда настало время покупать кольцо, я не смог. Я не знал, с чего начать, и понял, что не знаю ее достаточно хорошо, чтобы определиться, какое кольцо она хотела. Все было неправильно.
Я опустил ту часть, где просматривал кольца и думал только о том, какое понравится Рэй, и что оно должно быть такое же уникальное, как она сама. Я не стал рассказывать, что когда представлял себе жену, это была не Обри.
― Я понял, что вернусь в этот город и в свое прошлое, и вспомнил о своем обещании не делать этого. Я не хотел быть похожим на свою семью, а жениться на женщине, у которой даже не знал размер кольца, было слишком похоже на то, как всю нашу жизнь поступал мой отец.
― Что он делал? ― спросила она.
Я провел рукой по лицу, вспоминая жизнь до того, как переехал к бабушке и дедушке.
― Он был донжуаном, который женился на ком попало.
― Ну, хорошо не серийным убийцей, ― пошутила Рэй, немного ослабив мое напряжение.
― Точно. Он женился и разводился семь раз.
― Боже.
― Да. В нашем доме было много мачех. Хорошие и плохие. Некоторые были отстойными. Плохие ― потому что, ну, они были плохими. Хорошие ― потому что мы знали, что, в конце концов, ими воспользуются, и это тоже было отстойно.
― Это ужасно, Остин.
Рэй повернулась на своем табурете лицом ко мне и втиснула свои ноги между моими, обхватывая своими руками мои.
― Наблюдая за тем, как мой брат начинает поступать так же, как он, и, наблюдая за отношениями бабушки и дедушки, я понял, каким должен быть брак, и что женюсь, если у меня будут серьезные намерения. Если только найду свою единственную.
― А потом вмешалась я.
Ее улыбка выглядела болезненной. Рэй попыталась отдернуть свои руки из моих, но я крепко сжал их.
― Я не вижу в этом ничего плохого.
Я был абсолютно серьезен, но произнес эти слова легкомысленно.
Ее глаза метнулись к моим. Я знал, что она видит в них правду, но ухватилась за мой игривый тон. Мы переступали черту, идя навстречу последствиям, но всегда шли на попятную, прежде чем нам приходилось говорить о них.
― Это плохо, что я злюсь и ревную, что пропустила такую важную часть твоей жизни, которая, очевидно, имела для тебя большое значение? ― спросила она, после моего признания.
― Мне нравится, когда ты ревнуешь, ― позлорадствовал я.
Рэй закатила глаза.
― Ты знаешь, о чем я. Мы вместе прошли почти через весь колледж ― взлеты и падения, и сопутствующие приключения.
― Большинством из них руководила ты, ― проворчал я.
― Не стоит благодарить за это.
― Я до сих пор не оправился от прыжка с парашютом.
― Тебе понравилось.
― Мне нравилось, когда все заканчивалось, ― тут же ответил я.
― Если тебе так все не нравилось, почему ты ходил?
Я изучал ее. Ее острые скулы, смягченные полными губами. Глубокие карие глаза, которые сияли даже в темноте. В них всегда, почти в любой ситуации, была искра возбуждения. Это был зов моей Сирены.
― А как иначе? Ты делаешь так, что даже самые страшные переживания стоят того. Поэтому я всегда следую за тобой.
