Я избегала его в течение недели прошедшей после ужина у родителей. В последнее время он был очень нервным, и наша поездка домой была наполнена тягостным молчанием, иногда прерываемым отрывистыми фразами.
Меня это бесит.
Я Рэйлинн Вос. Я ни от кого не прячусь.
По крайней мере, раньше.
Но за последний год многое изменилось ― в моей жизни появился Боди. Парень, который был идеален для вечеринок и фотосессий, и которому было плевать, чем я занимаюсь большую часть времени, вдруг стал очень заботливым. Из равнодушного парня он превратился в прилипалу пятой стадии
Его настроение было еще одним изменением, о котором я не хотела думать.
― Там проходит свадьба моей лучшей подруги. Я должна поехать, ― объяснила я, закатывая глаза за его спиной, чтобы он не мог увидеть.
― Свадьба в Вегасе. Это... безвкусица, ― насмешливо заявляет он.
― Ну, я счастлива за них и рада, что они смогли выкроить время в его суматошном графике.
Боди провел рукой по непослушным волосам. Он откинул светло-каштановые пряди назад, и я вспомнила, как это движение привлекло меня, когда впервые увидела его. Мне нравилось, что у него были длинные волосы, достигающие воротника рубашки. В то время мне хотелось ощутить их на кончиках пальцев. Я хотела знать, будут ли они такими мягкими, какими казались, когда я сожму их в кулак в то время, когда он будет поглощать меня. Я хотела знать, все ли его тело такое мускулистое, как выглядела его согнутая рука, держащая клюшку. Она была согнута точно так же, как сейчас.
Только теперь я наблюдала за этим движением с ужасом, понимая, что это означает, что он сильно взволнован.
― Знаю, знаю. ― Он делает глубокий вдох, прежде чем повернуться ко мне, пытаясь успокоиться. ― Просто тяжело думать о том, что ты будешь в Вегасе без меня. Это очень рискованно. Особенно с Остином.
Он с презрением произнес имя Остина, не в силах скрыть, как сильно его ненавидит.
― Ты же знаешь, что между нами ничего нет.
Как он может говорить нечто подобное, хотя я множество раз объясняла, что мы с Остином просто друзья?
― Мне не нравится, как он на тебя смотрит.
Очевидно, он не обратил внимания на то, как я смотрела на Остина. Я не могла не любоваться его мускулами и задумчивой сексуальностью, исходящей от него. Я не предпринимала никаких действий, ― только любовалась. Остин был моим лучшим другом ― иногда даже ближе, чем девочки. Он был парнем, делавшим все мои фотки для Instagram. Остин составлял мне компанию за просмотром Netflix и был глотком свежего воздуха. Никакой умопомрачительный секс не мог этого испортить.
Когда Боди снова начал расхаживать по комнате, делая еще один глоток из стакана, я воспользовалась моментом и отправилась на кухню, чтобы взять бутылку воды. В Нью-Йорке я жила в приличной по размерам квартире, но из-за его поведения казалось, что я обитаю в тесной, крошечной мансарде.
― Тебе не о чем беспокоиться, ― сказала я, стараясь не выдать охватившего меня отчаяния.
Я устала от этого разговора.
Устала от Боди.
Мне хотелось, чтобы он ушел ― желательно навсегда, но я уверяла себя, что смогу продержаться еще немного. По крайней мере, до окончания папиной кампании. Я знала, что папа не переживал из-за того, что я не замужем, но всем известно, что семья играет огромную роль в глазах избирателей. Я могла быть необузданной, но когда состоишь в отношениях, это становится более приемлемо.
Я хотела отнести сумки к двери, но, обернувшись, столкнулась с Боди. Мое сердце подскочило к горлу, я подавила крик удивления и попыталась успокоиться. Он был не так высок, как Остин, но его нахмуренные брови создавали зловещий вид ― я старалась избегать подобного любой ценой.
Я не могу избавиться от него, он загнал меня в угол. Каждый раз, когда он делал шаг вперёд, я делала шаг назад.
«Оттолкни его и скажи, чтобы он отвалил», ― подбадривал внутренний голос, который я слушала до появления в моей жизни Боди, но постепенно научилась игнорировать этот голос.
― Если бы ты поддерживала меня, я бы чувствовал себя увереннее в наших отношениях. Мне было неловко, что ты не вступилась за меня на ужине.
Я хотела сказать, что не думаю, что его переменчивое настроение пойдет на пользу кампании моего отца. Вместо этого я постаралась успокоиться и сказала:
― Мое мнение не заставит его изменить мнение о твоем предложении.
― Немного усилий не повредит, ― сдавлено пробормотал он, а затем без предупреждения слишком крепко схватил меня за руки. Я попыталась отпрянуть от него, но ударилась спиной о стойку и оказалась в ловушке, когда он сократил расстояние между нами. Я поморщилась оттого, что, без сомнения, его пальцы оставили синяки.
