Казалось бы, демонстрация огромных зубов должна отбить желание находиться рядом с таким зверем, но этого не происходило. Наоборот, на проявляющего таким образом своё удовольствие кардога могло произойти нападение. Особенно часто этим занимались дети, которые, заметив очередной объект для шалости, набрасывались на собаку-переростка и чуть ли не устраивали пляски на животном, которое просто млело от такого обращения. При всей своей кажущейся навязчивости такое общение никого не напрягало. Животные как будто чувствовали, когда им рады или когда нужно уйти и не мешать. Сначала я не понимал, как такое возможно, но через несколько дней мне стало всё ясно.
В самом начале общение между людьми и жителями Скальма велось через меня. То есть я являлся связующим звеном, которое понимает и тех и других. Это было очевидно, однозначно и, конечно же, неудобно. Жизнь в тесном контакте предполагает обязательное общение, но оно казалось невозможным, так как люди не владели своеобразной магией Скальма, а для животных был закрыт мир звуков. Я видел решение этой проблемы только в том, чтобы научить человеческих детей магии Скальма через молоко приёмных мам — животных Скальма. Механизм передачи способностей через материнское молоко мне был абсолютно непонятен, но он однозначно работал и мой личный пример является этому подтверждением. Когда Макта стала приёмной дочерью моей мамы, стало понятно, что через некоторое время я буду не единственным человеком, который может общаться с животными Скальма. Это был выход. И я, увидев его, успокоился и перестал уделять этому своё внимание. До весны, когда подобранные в Дунальстерне сироты, предварительно обработанные мною психологически, отправятся в свои новые семьи. Однако жители Скальма плевать хотели на мои мысли. Они не собирались ждать, пока появятся переводчики и сами начали искать пути решения проблемы. После того, как я научил животных справляться с наплывом эмоций людей, прирождённые эмпаты стали по-своему изучать двуногих. Постепенно они научились выделять из мешанины чувств и образов отдельные составляющие. После наблюдений смогли составить своё представление о том, как и чем живут люди, и, таким образом, начали понимать своих соседей.
Кроме того, животные пошли дальше. Они смогли перестроиться и начали транслировать свои пожелания. Таким образом, и люди смогли понять, что нужно их мохнатым друзьям. Конечно, не всё получилось сразу. Было много проб и ошибок. Но, как говорится, было бы желание, а результат обязательно будет. И вот, незаметно для меня жители Скальма и люди нашли общий язык. Конечно, полноценным общением это назвать нельзя, но, глядя на то, как спорит Маснак с кротами, так и не подумаешь. И ведь действительно понимают друг друга! Ругаются, бурчат, машут руками и лапами, но понимают!
Такими темпами я им скоро уже и не понадоблюсь. Пройдёт полгода-год, и они совсем освоятся. А и хорошо! А то замучила уже постоянная суета. Надоело носиться туда-сюда как метеору. Определённо стало немного легче. Даже появилось свободное время. Можно передохнуть, но вот только кто позволит?
Первыми то, что у меня появились форточки, заметили Тоннисон с Соардоком. У… мучители-профессора! Для них необученный лорд — что бельмо в глазу. Как же, целый, типа начальник, — и без «этикету». А вдруг он не знает, для чего тарелка предназначена? Может и не догадывается, что сим предметом не только лупить по тыквам собеседников можно.
Ладно, нечего ворчать. Это только моя лень возмущается. На самом деле давно пора грызть гранит науки. Ведь магоном пользоваться я так и не научился, хоть по заверениям Соардока он у меня неплохо развит. Да и в остальном, знания важны и нужны, но вот каков мой уровень? Надо понять, поэтому первым делом необходимо устроить нечто типа экзамена.
Ну, что сказать? Многое было ожидаемо, а ещё больше разочаровало. То, что я почти не знаю историю, этикет, словесность, слаб в плане письменности — это было предсказуемо и совсем не разочаровало. Этот гуманитарный блок можно подтянуть. Но вот с естественными науками — полный швах. И как это ни прискорбно осознавать, не с моей стороны. А ведь мне нужны техники и инженеры. А что такое хороший специалист? Да, да — это в первую очередь грамотный, образованный технарь. И тут без физики и математики никак. После очередного экзамена мне только и осталось спросить.
— И это всё? Только это вы и могли спросить?
— Ну, да! У тебя отличные знания. Весь курс кафедры естествознания высшей академии ты знаешь на отлично! Уж я-то знаю. Сам там преподавал — с уверенностью произнёс Тоннисон.
— Тогда у нас большие проблемы. — Заверил я целителя, который уже начал радоваться моим успехам.
— Не понимаю?, — попросил он пояснить моё высказывание.
— Если такой низкий уровень знаний преподают в академии, то, что же дают в школе?, — не обращая внимания на его вопрос, попытался выяснить я у целителя.
