Он встал с неожиданной для его грузного тела легкостью и вышел из приемной, зачем-то прихватив автомобильный журнал. Тимур последовал за ним, не очень понимая, почему он это делает, но чувствуя невозможность остаться один на один с неожиданно свалившейся на него тяжелой проблемой. Когда расположились за столиком открытого летнего кафе и взяли минералки, москвич представился:
— Панкратов. Михаил Юрьевич.
— Русланов, Тимур.
— Скажите, Тимур, вы давно знаете Григоряна?
— Давно.
— И до сих пор не поняли, что это за тип?
— Чего тут понимать? — огрызнулся Тимур. — Беспредельщик!
— Удивительно хороши украинские девушки, — неожиданно сменил тему Панкратов, разглядывая струящуюся мимо кафе толпу. — А вот женщины — уже не то. Расплываются, теряют свежесть. В тридцать лет уже тетки. Как думаете, почему?
— Понятия не имею. Никогда об этом не думал.
— Осетинские женщины такие же?
— Нет, что вы! У нас они остаются молодыми до самой старости! — горячо запротестовал Тимур. — Особенно в горах. Издали не сразу и разберешь, девушка идет или старуха.
Он представил, как бежит ему навстречу гибкая, как лозинка, Алина, и засмеялся.
— Я почему об этом заговорил? — спросил Панкратов и сам ответил: — Чтобы показать вам, как важно вовремя отвлечься от проблем, переключить внимание на что-то другое. И все начинает казаться не таким уж безвыходным. Не так?
— Пожалуй, — подумав, согласился Тимур.
— Так вот, о Григоряне. Это довольно распространенный тип мужчин, которые не доиграли в детстве. И добирают свое. Особенно, когда получают возможности — власть, деньги…
— Он плохо кончит. Так нельзя обращаться с партнерами.
— Не исключено. Но сейчас он — как избалованный капризный ребенок. Истеричный. Вы правильно заметили: «Что хочу, то и ворочу». А как можно прекратить истерику у такого ребенка? Отвлечь, подсунуть ему другую игрушку.
— К чему это вы? — насторожился Тимур. — Какую игрушку?
— Вот такую.
Панкратов раскрыл журнал и подвинул Тимуру. На цветной вкладке была фотография огромного, устрашающего вида черного джипа с десятком фар на верхней консоли, сходу форсирующего ручей с галечниковыми берегами. Реклама гласила: «Шедевр канадского автостроения. Нам равных нет!».
Тимур прочитал: «Шевроле-субурбан», мощность двигателя 350 л.с., вес 3,5 тонны, вместимость салона 10 человек, цена базовой модели $ 62 000. Список дилеров…
— Впечатляет? — поинтересовался Панкратов. — Вот о такой игрушке Григорян мечтает. Спит и видит.
— Откуда вы знаете?
— Я уже три дня сижу в приемной. Секретарши не раз звонили на завод-изготовитель в Канаду. Непонятно, почему в Канаду, дилеры есть и в Европе. Не умеют у нас читать инструкции.
— И вы хотите, чтобы мы подарили ему этот джип? — недоверчиво спросил Тимур.
— Я ничего не хочу, — усмехнулся Панкратов. — Но на вашем месте об этом подумал бы. Как знать, не будет ли это решением ваших проблем.
Тимур возмутился:
— Джип ему подарить? За шестьдесят тысяч баксов? Хрен ему, а не джип! Перетопчется! Пусть сам себе покупает такие игрушки!
Панкратов пожал плечами:
— Решать вам. Но все же подумайте.
Вечером из Ганновера позвонил Алихан, сообщил, что покупает три ректификационных колонны всего по восемьсот тысяч долларов, завтра подписывает контракт.
— Отложи, — хмуро посоветовал Тимур.
Выслушав рассказ о беспределе Григоряна, Алихан выругался и надолго умолк. Чтобы прервать тягостную паузу, Тимур рассказал о странной идее москвича. Он ожидал, что Алихан разразится новыми ругательствами, но тот неожиданно заинтересовался, потребовал подробности. Выслушав, решительно заключил:
— Все понял. Занимаюсь. Жди.
— Ты хочешь купить ему тачку? — изумился Тимур.
— Мы не тачку покупаем, мы покупаем его дружбу.
Через два дня поздно вечером в гостиничный номер Тимура ввалился Алихан, просидевший двадцать три часа за рулем. Рано утром заехали на мойку и к началу рабочего дня подогнали машину к офису «Спиртсервиса». При дневном свете джип выглядел даже эффектней, чем на рекламе, возле него сразу образовалась толпа любопытных. Алихан остался у машины, а Тимур поднялся в офис.
За эти дни настроение Григоряна не стало лучше.
— Принес? — хмуро спросил он.
— Да что мы все о делах? — весело отозвался Тимур. — Все дела, дела. А жизнь-то проходит! Пойдем, я тебе кое-что покажу. Пойдем, пойдем, не пожалеешь!
При виде джипа мрачность на лице Григоряна сменилась растерянностью, даже какой-то детской.
— Это чья тачка?
— Твоя! — заверил Тимур и вложил ему в руку брелок с ключами.
— Моя?!
— Чему ты удивляешься? Да, твоя. Это наш подарок ко дню рождения.
— День рождения у меня уже был.
— А другого не будет? Будет. В чем дело, Ашот? Ты даешь заработать нам, мы это ценим. Неужели мы не можем сделать другу небольшой подарок? Обижаешь!
