Ипполит решил не расспрашивать о том, чем именно Кирилл навредил клиентам и бизнес-партнерам. Когда придет время – бизнесмен сам расскажет.
– И что же?
– Мне кажется, это сам сатана. Он словно пытается отвоевать мою душу у Бога.
– То есть, ты считаешь, что за твою душу идет борьба?
– Да.
– Опиши подробнее, что это за борьба.
– Тяжелее всего, когда я остаюсь один. В полном одиночестве я начинаю чувствовать присутствие каких-то темных сил. Я испытываю необъяснимую тревогу. Меня словно кто-то ломает изнутри. Возникают очень нехорошие, черные мысли. И эти мысли как будто мне кто-то навязывает.
Кирилл совершенно погрустнел. Он выглядел как человек, который вот-вот совершенно сломается и потеряет последние остатки душевного спокойствия. Ипполит почувствовал, как тяжело его клиенту говорить дальше.
– Когда это впервые началось?
– Я даже не знаю, – Кирилл долго колебался. – Я встречался с людьми из одной крупной фармацевтической компании. Это американская компания. Я даже не помню уже название. Они предложили мне продать мой бизнес и войти с ними в долю. Показывали заманчивые цифры, миллиардные прибыли.
– Где это произошло?
– На экономическом форуме в Давосе.
– Знаю такой. Ага. И что дальше?
– Я люблю свой бизнес. Продукты питания всегда были для меня на первом месте. Мне кажется, что мои супермаркеты помогают накормить как можно больше людей. Особенно пенсионеров. Ведь цены на продукты постоянно растут. А пенсии – мизерные. Стариков мне жаль больше всего. Я не раз наблюдал, как старушки покупают плитку “продукта какаосодержащего” за 8 гривен, потому что не могут позволить себе настоящий шоколад за 25 гривен. Поэтому я и держу цены на прежнем уровне, поднимаю очень медленно. Мои конкуренты поначалу крутили пальцем у виска. Мол, бизнес не отобьется. А я помню знаменитого Генри Форда. Он ведь тоже продавал дешевые автомобили, которые едва покрывали расходы на покупку материалов и выплату зарплат персоналу. Зато каждый американец мог позволить себе “Форд”. Так Генри и стал миллиардером.
– Люблю эту историю, – усмехнулся Ипполит.
– Как ты и бизнес-литературу читаешь?
– А как же! Для общего развития! Я вообще много чего читаю… Кастанеду, Пушкина, Брайана Трейси, Бодо Шефера, Омара Хайяма, Джона Кехо, Стивена Кови, Ога Мандино…
Кирилл, казалось, был удивлен тем, что в один список попали авторы книг совершенно разной тематики и разных эпох. Зато этот список вывел пациента из его унылого состояния.
– Но вернемся к нашим слонам. Итак, ты любишь свой бизнес. Ты отказал этим людям?
–Да. Мы распрощались, потом еще некоторое время переписывались по электронной почте. Мне кажется, через какое-то время мне стало хуже. Появились эти мысли. В начале весны, наверное…
–Сейчас середина октября. Значит, мысли посещают тебя гораздо больше полугода. Почему решил обратиться к психологу?
– Я подозреваю, что у меня шизофрения.
Ипполит от души рассмеялся. Кириллу была непонятна причина такого безудержного веселья.
– Извини, не выдержал. Я просто по жизни человек веселый, сангвиник до мозга костей. Ну, во-первых, сумасшедший человек никогда не поймет того, что он сумасшедший. Он считает свое поведение совершенно естественным. Так что не думаю, что все так печально. Во-вторых, с таким диагнозом нужно не к психологу, а к психиатру!
– У меня нет никакого доверия к психиатрам! Да и идти как-то гордость не позволяет. В общем, ну их к лешему!
– Кто еще знает о твоих “черных” мыслях?
– Больше никто.
– Слушай, Кирилл! Ты – настоящий герой! Да-да, тебе нужно поставить памятник! Ты восемь месяцев борешься с этим, и никому не говорил? Ты знаешь, ведь из-за этого действительно можно сойти с ума! Будь спокоен: раз ты выдержал так долго, значит, у тебя железная психика и…
Он запнулся, но затем решил завершить свою мысль:
– … и очень сильная защита Ангелов-хранителей.
Кирилл улыбнулся недоброй атеистической ухмылкой.
– Я уже сам не верю ни в ангелов, ни в Бога…
– Погоди, не отчаивайся! Мы найдем выход! Зря ты так долго держал все в себе. Ох, зря! Ничего. Как говорится: “Viam supervadet vadens”.
Ипполит оживился. Да, клиент попался очень интересный. В последний раз парень был настолько увлечен делом той нимфоманки из Одессы. Сколько времени-то прошло? Полтора месяца, или больше. История с хорошим финалом. С тех пор было немало пациентов, но чтоб такое…
– Мне нужно подумать, – сказал Ипполит внезапно для самого себя.
– Над чем? Я так и знал. Никакого толку от этих психологов, – Кирилл разочарованно махнул рукой, и уже собирался встать.
– Нет-нет! Подожди! Я вовсе не хочу сказать, что тебе нужно обратиться к психиатру, или еще что-то в этом роде. Сейчас действительно идет очень активная борьба за душу человека. И чем значительнее человек в нашем земном мире, тем значительнее может быть борьба… Но ведь до этой борьбы не всегда доходит, понимаешь?
– Не совсем.
– У добрых людей сильная защита, но не у всех. Если энергетическая защита слабая, на человека могут навести порчу, сглаз…
Кирилл с удивлением рассматривал психолога.