Встреча затянулась дольше положенного. Клариса выглядела очень уставшей, как будто не спала несколько суток. Ван Худсен проявлял нездоровый энтузиазм и веселье. Игорю показалось странным, что профессор Майер вызвался проводить его до такси. Во-первых, такси еще не приехало. Во-вторых, Игорь нередко бывал в ZMBH, а еще у него феноменальная пространственная память. Он отлично знал, где выход из института. Такая забота о его персоне – подозрительна. И она не была бы так подозрительна, если бы не уклончивые ответы самого Майера и его подопечной Аверман.
– Погода шлехт, – ворчал Майер. – Шрэклих!
Старик самонадеянно шел впереди Игоря, как и предполагал бизнесмен. Что ж, тем хуже для него. Как только оба вышли из лаборатории, Игорь бесшумно прокрался в небольшое подсобное помещение и закрыл за собой дверь. Запер на замок изнутри. Запах неприятный, тьма – кромешная. Игорю стало даже страшновато, но он вовремя нащупал смартфон в кармане, посвятил им на защелку. Ну, он хотя бы увидит, как отпереть дверь.
Майер “витал в облаках”. Спохватился очень поздно – когда уже спускался на нижний этаж. Пошумел, заковылял обратно в лабораторию. Зашел туда, поговорил с ван Худсеном. Голландец дал профессору нагоняя. Что ж, пусть теперь ищет Никитина по всему институту!
Когда шаги профессора стихли, Игорь очень тихо отпер защелку, выбрался из укрытия, потушил свет в коридоре. Заметить это из лаборатории невозможно. Коридор – это “слепая зона” из-за еще одного небольшого коридорчика. Игорю сказочно повезло – профессор неплотно закрыл дверь. Игорь протиснулся в щель, чтобы дверь не заскрипела. Затем на цыпочках прокрался в дальний угол лаборатории, прячась за громоздкое оборудование. Снова повезло. Вход в лабораторию плохо освещался, оттуда можно было сразу свернуть в небольшой “переулок” между стеной и оборудованием. Коридорчик заканчивался поворотом, который выводил к ван Худсену и Кларисе. Отсюда их обоих отлично слышно, зато Игоря и не слышно, и не видно.
Первое, что Игорь услышал из уст ван Худсена, когда добрался до своей позиции – что-то про груз. Он не совсем понял, о чем идет речь, но голландец явно рассказывал про клинические испытания в Берлине. Игорь не понял, причем тут опыты на мышах и кошках? Разве эти животные страдают Альцгеймером? Эх, вот и очередная прореха в его знаниях! Как можно не знать этого? Позор! Но по логике, у этих позвоночных кора головного мозга развита слабо. Нестыковка.
То, что Игорь услышал затем, он воспринял как шутку.
Аэрозоль, вызывающий психическое расстройство?
Вещество, приводящее к инфаркту миокарда только при определенной частоте пульса?!
Биодобавка, вызывающая рак мозга?!
Наноробот, приводящий к суицидальному настроению?!
И после всего – это еще цветочки в сравнении с FNX!
Игорь хотел засмеяться, но вдруг понял: ван Худсен не шутит. Он продолжал свой восторженный монолог с прежним энтузиазмом, который никак не гармонировал с произнесенными им страшными словами. В какой-то момент Игоря схватила нервная судорога, и правая нога зацепила какой-то пакет, который бизнесмен не разглядел из-за плохого освещения. Черт, едва не видал себя! Хорошо хоть, что ван Худсен, как и Майер, сегодня “летает в облаках”. Через несколько минут оба ушли из лаборатории, заперев ее на ключ. Выключили свет. У Игоря тоже есть ключ, хотя об этом никто не знает. Он втайне сделал себе дубликат еще в обед, потому что дурное предчувствие не давало русскому покоя. Как хорошо, что он все предусмотрел.
Находиться в лаборатории в полной темноте было жутко. Но не из-за фобии, а от услышанного. В этих маленьких пробирках, что стоят сейчас в холодильнике – биологическое оружие?!
Игорь вдруг вспомнил, что перед выходом из института ван Худсен должен включить сигнализацию. Если бизнесмен откроет дверь лаборатории, она сработает. Нужно немедленно убираться отсюда! Так Игорь и поступил. В темном коридоре он ощупью добрался до лестницы. Затем так же бесшумно, словно “омоновец”, спустился на нижние этажи. Спрятался в другой лаборатории.
– Профессор, черт побери, Вы до сих пор его не нашли? – послышался голос голландца.
– Я уже все обошел, но герра Никитина нигде нет. А где фрау Аверман?
– Я отпустил ее, бедняжке дурно. Она “пашет”, как сумасшедшая.
– Простите, профессор! Я проявил излишнее любопытство, и заглянул в лабораторию, – признался Игорь, выходя из своего нового убежища.
– Это Вы меня простите, герр Никитин! Я и не понял, как это мы с Вами разминулись! Но ведь я буквально две минуты назад здесь был! Там был выключен свет! Что же Вы искали в темноте, герр Никитин?
– Вы знаете, я тоже очень устал, – отрезал Игорь. Его могли в любой момент раскусить. Искусно соврать не получилось.
Все трое, наконец, выбрались на улицу. Только сейчас Игорь заметил несколько пропущенных звонков на телефоне – таксист уже давно ждал. Попрощавшись с ван Худсеном и Майером, русский изменил адрес. Вместо гостиницы – в пивную. Как только он добрался и выпил два бокала отменного баварского пива, ум прояснился.