Первые два месяца в тюрьме прошли для Олега как в тумане. Ему было очень скучно. Вот если бы были сокамерники, можно было бы завязать драку, “отвесить люлей” по первое число, или самому остаться без пары-тройки зубов. Хоть какие-то впечатления. Кормили плохо, и сантехник уже сомневался, правильно ли поступил, сдавшись на милость следствию. Еда – отвратительная, еще и клопы!
Сотрудники тюрьмы предоставляли различные услуги за щедрое вознаграждение. Олег не подумал о том, что нужно хотя бы взять с собой заначку со съемной квартиры. Вот она, проклятая совесть, что делает с людьми! Как можно было не подумать о самом важном – о бабле?! А теперь ни сигарет, ни марихуаны, ни водки, даже в туалет лишний раз не сходишь, только по расписанию. Да где это видано? И это в самом центре Киева, украинской столицы!
Сантехник громко и презрительно смеялся, когда услышал свой диагноз. Жаль, что долгое время не было доступа даже к мобильному интернету! А ведь Олег мог бы хотя бы прочитать, что это за “диссоциативное расстройство идентичности”, и правильно ли он поставлен. Уж он то себя знает! Радовал хотя бы тот факт, что по статье 19 пункт 2 “Уголовного кодекса Украины” Олег не считался уголовно ответственным. Он проходил принудительное медицинское лечение, и был узником Лукьяновского СИЗО только до тех пор, пока лечение не даст свои плоды. После этого его могли выпустить на свободу. Никакого срока заключения не существовало. Оставалось только ждать, пока подействует лечение. Это единственная причина, по которой сантехник покорно глотал таблетки и капсулы, не сопротивлялся уколам, а потом терпел непонятные и противные ощущения в своей голове.
В конце декабря Олега хотели перевести в отделение “Психиатрия” Киевского СИЗО, но оказалось, что оно будет готово к приему психически больных заключенных только в начале июня. Так что убийцу оставили в прежней камере.
После Нового года у сантехника стали возникать интересные перемены. В голове – прояснения, в груди и теле – прилив сил и энергии. Настроение с каждым днем постепенно улучшалось. Через некоторое время Олег обнаружил, что ему вовсе не хочется выколоть глаз тюремщику Вениамину, или откусить ухо уборщице Клавдии. По вечерам настроение снова и снова поднималось, и Олег чувствовал, как его душа наполняется теплом, гармонией и вселенским спокойствием. Захотелось петь, рисовать картины, хотя раньше мужчина ни разу не проявлял интереса к живописи. В марте Олег обнаружил, что сигареты вызывают у него лишь отвращение. Когда зацвели вишни, сантехник с удивлением и благоговением обнаружил, что начал уважать женщин, испытывать к ним сострадание. Он смотрел на Клавдию уже по-другому. Бедняга достойна большего, чем терпеть насмешки и издевки заключенных, работая за копейки. Женщинам вообще не место в этом аду.
Потом Олег проникся состраданием к другим заключенным, которых он все-таки мог видеть и слышать время от времени на прогулках. Потом он понял – он не должен здесь находиться. Он хочет на волю. Он пропитался божественным светом, любовью, уважением к самому себе, он ощущает подлинную радость бытия! Как же прекрасна жизнь, но Олег так редко это ощущал… Как прекрасна природа, вот бы хоть одним глазком взглянуть на цветущие каштаны! Олег поклялся себе, что если выйдет на свободу, обязательно будет жить по-другому. Но и в этих отвратительных, нечеловеческих условиях он научился радоваться каждому дню, пусть они были неотличимы друг от друга.
Вскоре Олег заметил, что заключенные на прогулках ведут себя спокойнее, чаще беседуют друг с другом, не бранятся. В конце апреля нескольких заключенных выпустили, других – перевезли в другие тюрьмы, так как следствие над ними завершилось.
Олег узнал, что его переведут в новое психиатрическое отделение при Киевском СИЗО в июне. Плановый медосмотр назначили на последние числа апреля. Врачи были поражены. Перед ними сидел совершенно здоровый человек. Никакие медицинские и психологические тесты, прием специальных препаратов не выявили даже следа былого недуга. Врачи испугались: а вдруг это затишье, и в конце года наступит обострение заболевания? Олега подвергли новым обследованиям. Однажды сантехнику во сне явился пожилой бородатый мужчина в рясе священника. В следующую ночь сон повторился. В конце-концов, Олег понял: он должен найти этого священника, и от всего сердца поблагодарить. Именно этот человек подарил ему новую жизнь, новые, ранее неизведанные чувства: любовь, сострадание, душевную гармонию, самоуважение, терпимость. Олег словно вернулся к некоему “нулевому состоянию”, в котором была его истинная природа, без травм детства и юности, без боли, обид и разочарований. Олег словно очистился.