Лео ничего не оставалось, как протянуть запястья для наручников.
- Что с потерпевшим? – спросил полицейский.
- Он умер, - холодно ответил Лео.
- Я могу проследовать с вами в участок? – попросил Анри.
- На каком основании?
- Я адвокат господина Лео Датвиа.
- Можете, но, поскольку, майор Датви – госслужащий, его допрос будет закрытым, вам туда нельзя.
- Неважно. Я буду ожидать решения за дверью.
Не чувствуя рук и ног, не в состоянии передвигаться и отвечать на вопросы, Дани лежала на заднем сидении машины. Алекс долго не выходил, чтоб помочь ей дойти, ожидая, пока она перестанет плакать.
- Даниэла, пойдем домой. Я помогу тебе дойти до спальни. Ты отдохнешь. Где лежат таблетки знаю. Примешь и ляжешь спать. Утром поговоришь с госпожой Эммой. Пойдем?
Дани подчинилась.
Дойдя до входной двери, она, всё же, смогла взять себя в руки и сказала:
- Спасибо тебе, Алекс. Дальше я пойду одна.
- Если ты уверена… - он не закончил фразу.
- Я поднимусь к себе, приму душ, усну и все мои мучения на этом закончатся.
Но, не тут-то было. Её мучения только начинались. Переступив порог дома, Дани увидела свою маму, сидящую на диване со смартфонов в руках. Её лицо было каменным, словно маска. Она с призрением посмотрела на Дани, вошедшую в дом в рваном платье.
- Мама, - обратилась она к Эмме, - мое платье…Я все объясню.
- Нет уж, лучше ты объясни мне вот это, - небрежно Эмма швырнула на кофейный столик свой гаджет, в котором на паузе стояло видео медленного танца Дани и Лео. От боли, пронзающей сердце, Дани закрыла глаза, не в силах смотреть на экран. Слезы вновь водопадом полились с ее глаз.
- Это все не имеет значения, поверь, - оправдывалась она.
- Ты так думаешь? А страстные поцелуи на глазах у всей честной публики тоже не имеют значения? Объятья? Касания? Этот танец? Все просто так? – Эмма переходила на крик, не давая Дани вставить и слова, - Этот проходимец был в нашем доме, он мило общался со мной. Я спрашивала его, есть ли у тебя молодой человек и он клялся, что не знает ничего. А, на самом деле, этим человеком был он!
- Мама, все кончено…
- Чем вы занимались с ним? Рассказывай. Ты потеряла девственность и последние капли стыда рядом с этим обманщиком?
- Обманщик, да, именно так. Но, он ко мне не прикасался. Я все еще…
- Ложь! Я больше не верю ни одному твоему слову. Я потеряла к тебе доверие. И дочь потеряла! Что ты сделала с собой, Дани? Ваши фотографии попадут в журналы, в интернет, все будут говорить, что дочь Рафаэля Бостани связалась с мужчиной в два раза старше себя! Как я потом должна устроить твою жизнь? – распалялась Эмма – Ты опозорила семью, а с ней и весь наш род! Бесстыдница!
- Пусть печатают, мне наплевать, это все равно не правда. Нас ничего не связывает с Лео.
- А поцелуи? Посмотри фотографии! Он целует тебя так, как будто ты проститутка, сжирая твой рот!
- Поцелуи были… - виновато произнесла Дани.
В ответ на это, Эмма отвесила ей пощечину, оставив красный след от ладони на ее щеке.
- Лучше бы, ты никогда не снимала траур, ходила бы облаченная в черные одежды и скорбела бы всю жизнь, чем вот это все.
- Ради Бога, выслушай меня, - стонала Дани, потирая след от удара на щеке, - Я сейчас соберу вещи и утром улечу к Дениз. На месяц, два, скроюсь ото всех. Мне нужно побыть одной. А, когда вернусь, все уже забудут об этих фотографиях. И о выпускном забудут.
- Ну уж нет, моя дорогая. Теперь, ты будешь делать то, что я тебе скажу. Сейчас я сама соберу то, что тебе понадобится, и ты с Алексом поедешь в аэропорт. Вы полетите на Кавказ, к бабушке. Он проводит тебя до самого ее дома. Будешь жить у бабушки в горах, ухаживать за скотом и помогать ей в огороде. Я попрошу бабушку найти тебе достойную партию и выдать тебя замуж по всем нашим традициям и законам. Ты навсегда останешься в деревне. Поверь, там-то твои платья и тонны духов не понадобятся. Раз не умеешь достойно себя вести в городе, живи в горской деревне, учись быть настоящим человеком, который пашет на земле и по хозяйству. И, только попробуй мне выкинуть номер или сбежать. Дядя весь мир поднимет на уши, а когда тебя найдут, я тебя до смерти выпорю. Слишком много свободы я дала тебе. Довольно. Теперь, пошла наверх, смывай свой макияж. Так в селе никто не красится. Да, и еще. С собой никакого телефона иметь не будешь. У бабушки есть кнопочный старый. Я буду звонить на него. Никаких друзей, и о Дениз забудь. Эта предательница наверняка все знала и поддержала тебя. Сама, уж конечно, удачно вышла замуж, а для тебя, по ее мнению, человек не нашей культуры, взрослый и нелепый – самая лучшая партия? Теперь, задумайся, какая она тебе подруга? Банковские карточки тоже мне отдашь, деньги тебе там не понадобятся. Молока и хлеб у бабушки найдется всегда. Я увеличу ей вдвое высылаемую сумму, чтоб она не тратила на тебя свои деньги. Золото и украшения останутся дома. Когда я приеду в горы на твою свадьбу, привезу их в качестве приданного.
- Мама, ну за что ты так со мной? Я умру от такой жизни, которую ты мне пророчишь!