— Что, черт бы вас побрал, вы здесь делаете? — прошипела Джилл вместо приветствия.
— Пытаемся поймать убийцу, — не моргнув глазом ответил Ребус. — А вы?
— По телику ты смотришься просто потрясно! — сообщила Шивон Гранту.
— Спасибо…
— Да, Грант справился очень неплохо, — подтвердила Джилл, внимание которой оказалось на некоторое время отвлечено от Ребуса. — Честно говоря, я довольна…
— Я тоже, — улыбнулась Шивон.
После этого они вышли из дома и сели в свои машины. Джилл, впрочем, успела сделать последний выстрел:
— Вы оба — представьте мне объяснительную, почему вы оказались сегодня в этом доме… И, Джон, врач ждет, когда ты соблаговолишь у него появиться.
— Какого врача она имела в виду? — поинтересовалась Шивон, усаживаясь на пассажирском сиденье «сааба» и застегивая ремень безопасности.
— Врача?… — переспросил Ребус, включая зажигание. — Понятия не имею.
— Слушай, тебе не кажется, что Джилл точит зуб не только на меня, но и на тебя?
Ребус повернулся к ней.
— Джилл хотела, чтобы ты была рядом с ней, а ты отказалась.
— Я была не готова. — Шивон немного помолчала. — Быть может, это звучит глупо, но мне кажется, что она завидует…
— Тебе?
— Нет, тебе.
Ребус рассмеялся.
— Мне?… Ни за что не поверю! Да и с чего бы ей мне завидовать?!
— Ты можешь позволить себе играть не по правилам, а она вынуждена поступать так, как диктует Система. Кроме того, тебе всегда удается заставить окружающих поступать по-твоему, даже если они с тобой не согласны. Ты, может быть, и сам этого не замечаешь, но это так, поверь!..
— Гм-м, похоже, я не так уж плох, как мне казалось!
Шивон лукаво посмотрела на него.
— О, я совершенно уверена, что ты прекрасно знаешь себе цену. Или думаешь, что знаешь.
Ребус в свою очередь взглянул на нее.
— Почему-то мне кажется, что это не комплимент, только я никак не пойму, где зарыта собака.
Шивон откинулась на спинку сиденья.
— Ну, куда теперь?
— В Эдинбург.
— А потом?
Ребус задумался.
— Не знаю, — промолвил он наконец, трогая машину с места. — Когда мы разговаривали с Марром… Честное слово, можно подумать, что это он потерял дочь. Он, а не Джон Бальфур…
— Уж не хочешь ли ты сказать…
— Скажи, они были похожи — Марр и Филиппа?… Я-то не очень в этом разбираюсь.
Шивон глубоко задумалась, машинально покусывая нижнюю губу.
— Богатые для меня все на одно лицо, — призналась она наконец. — Но… ты серьезно думаешь, что Марр и миссис Бальфур могли быть любовниками?
Ребус пожал плечами.
— Без специальной экспертизы доказать это очень трудно, практически невозможно. Надо будет предупредить Гейтса и Керта, чтобы они взяли образцы для соответствующего исследования.
— А как насчет Клер Бензи?
Ребус притормозил перед воротами и помахал рукой Николь Кэмпбелл.
— Это интересное направление, но я бы пока оставил ее в покое.
— Почему?
— Потому что года через три-четыре она станет главным полицейским патологоанатомом. Я к этому моменту, вероятно, буду уже на пенсии, а вот тебе придется тянуть лямку еще долго, и на твоем месте я бы не стал…
— Портить отношения? — улыбнулась Шивон.
— Да, портить отношения. — Ребус не спеша кивнул.
Шивон снова погрузилась в размышления, потом сказала:
— С какой стороны ни посмотри, и так и так получается, что у Клер были все основания затаить злобу против Бальфуров.
— Тогда почему она дружила с Флип?
— Быть может, она разыгрывала какую-то свою партию, мы не знаем… — «Сааб» Ребуса уже катил по холму, и Шивон слегка наклонилась к лобовому стеклу, высматривая впереди давешних супругов-туристов, но их нигде не было.
— Может, заедем в Прилужье, проверим — не случилось ли с ними что-нибудь нехорошее? — предложила она, но Ребус покачал головой. После этого оба довольно долго молчали, и только когда Фоллз остался далеко позади, Шивон снова заговорила.
— Марр — масон, — сказала она. — И он любит играть в игры.
— Значит, теперь ты считаешь, что Сфинкс — это он, а не Клер?
— Я считаю это гораздо более вероятным, чем твое предположение, будто он может оказаться отцом Флип.
