Воскрешенный Второй Хокаге, игнорируя препятствия, начинает насильно разрушать свое тело для того, чтобы выбраться из своего положения. Просто смещает свое тело вбок и лишает себя рук и ног. Поврежденное тело начало медленно восстановливаться так, будто оно состояло из «бумаги». Проклятье, так и знал, что все не будет так просто. По всей видимости, технику воскрешения можно остановить только смертью ее исполнителя. Да и есть вероятность, что это ее не отменит. Что ж, тогда стоит попробовать использовать главную силу моего отца… «Дипломатию». Никогда не был силен в ней, но попытаться стоит.
— И это все, на что вы способны, «Второй Хокаге», Тобирама Сенджу⁈ Вы позволяете какому-то ублюдку управлять собой и уничтожать все то, что вы так бережно защищали⁈ — есть контакт. Лицо неестественно дернулось, а тело вздрогнуло, — Я — Наследник Четвертого Хокаге. Наследник Вашей Техники! Я защищаю эту деревню от вас самих! В вашей душе должна еще остаться гордость и решимость игнорировать приказы этого надменного и отвратительного ублюдка, что посмел пробудить вас из Загробного Мира…! — к багровой радужке глаз вернулся оттенок жизни. Душа пробудилась от контроля техники воскрешения, но я не был уверен, долго ли это продлится.
— Я не позволю кому-то разрушить мое наследие. Наше… наследие. — все еще машинально говорит и двигается, медленно идя в сторону сражающихся Хокаге и Орочимару с Хаширамой. — Это тело… плохо меня слушает. Техника… не была завершена. Она не идеальна, а все из-за того… что я слишком поздно осознал, что мертвые должны оставаться среди мертвых. Нарушая этот баланс… Нарушая это правило, мы перестаем принимать этот мир таков, какой он есть. Лишь глупые дети не желают отпускать своих близких. Свое… прошлое. Я возьму твой кунай и… помешаю им убить «Третьего». Ты… следуй. За мной. — медленный шаг Второго Хокаге сменился бегом, а я следовал за ним.
Успели мы «почти» вовремя. Хаширама обвязал стеблями дерева Третьего и его шест-обезьяну, а Орочимару проткнул его живот своим мечом насквозь. Два куная Бога Грома пролетают рядом с текущим Хокаге и рядом с лицом Хаширамы. По выходу из телепортации хватаю Орочимару за шею, ломаю ему трахею и отправляю его в полет. Тобирама оказывается рядом со своим братом, разрубает кунаем его ладони и кладет свою ладонь ему на лицо. Одно слово «Кай», и контроль мыслей и тела также возвращается к нему.
— Брат…? Но я же…
— Нет времени на объяснения. Если призыватель снова попытается возобновить контроль, то делай, что угодно, но не позволяй ему этого сделать. Нас используют. Пусть мы и мертвы, но даже у мертвых есть гордость, не так ли, мой Тупоголовый Брат?
— Э-эй! Не стоит так ко мне обращаться при старике Третьем и этом мальчишке!
Я выпал в каплю, так как это последнее, чего я ожидал увидеть. Такого шумного раздолбая, который явно не похож на пример идеального шиноби.
— Буду обращаться, как хочу. В отличие от тебя, я снял контроль.
— Я просто при пробуждении слегка потерялся во времени и уснул. Ты ведь и сам это ощутил, когда очнулся, верно…?
— Это последствие техники контроля. Пусть мы и осознавали происходящее, но наше мышление и разум были под контролем. Сильные эмоции и сила духа позволяют сломать этот барьер.
— Эм… не хочу вас прерывать, но может мы прикончим вашего призывателя? — указываю указательным пальцем на Орочимару, что молча наблюдал за этим и выражал на лице смесь из непонимания, неверия и шока. Он уже успел сменить «кожу» для того, чтобы избавиться от ранений и сейчас уже прикидывал свои шансы на победу.
Я потихоньку «остывал», снял с себя покров биджу и был как никогда расслаблен. На это была одна простая причина. Орочимару позволил мне «коснуться» его, а потому я просто выжидал правильного момента. Сейчас я просто хотел узнать, что именно предпримет Орочимару. Попытается возобновить контроль над воскрешенными Каге? Слепо атакует в отчаянной попытке убить старика Хирузена, которому требовался лишь еще один удар? Или же просто попробует сбежать, позже создав новый план по убийству Третьего? Орочимару выбрал последнее, не забыв перед этим отменить технику воскрешения. Его подчиненные создали большое облако белого дыма и скрылись в технике перемещения.
— Прости нас, Третий. — несмотря на то, что техника воскрешения была отменена, Первый и Второй Хокаге крайне медленно покидали мир живых. Клочки белой бумаги разрывались и разрушали их созданные тела.
— Нет, это я должен просить вас о прощении. Я должен был предсказать, что Орочимару рано или поздно захочет большего и не пожелает, чтобы деревня ограничивала его в исследованиях. Я должен был…
— Люди меняются. Иногда в хорошую, а иногда в плохую сторону. Мы лишь можем подтолкнуть их к правильному направлению.
— Видимо… видимо я слишком плохо направлял его, а возможно это из-за смерти Наваки. Я знаю, что он был ему небезразличен. После этого он никогда не выбирал фаворитов. Даже Митараши Анко была для него лишь игрушкой и инструментом.
— Наваки…? Он…?
— Он был братом Цунаде Сенджу.
