Саске в шоке не смогла осознать и вовремя отреагировать на происходящее. Под покровом золотым пламенем с черными языками всего своего тела она с особой легкостью проплавила защитный барьер Сусано, схватила левой рукой в рывке ее за шею и произвела мощный удар правым кулаком прямо в ее живот, тем самым мгновенно из-за боли, нарушения потока в чакре и агонии развеивая её Сусано и отбрасывая в сторону на манер куклы. Все ее естество горело изнутри и не могло скрыть вырывающийся наружу стоны, завывания и дрожь в теле. Пламя не просто сожгло Сусано, но и еще при ударе проникло внутрь в циркуляцию чакры. Будто это был более совершенный, но в тоже время жестокий стиль рукопашного боя Хьюга. Когда не просто перебивают тенкецу своей чакрой, а впрыскивают на манер шприца с иглой раскаленную жидкость, тем самым нанося непоправимый урон по телу.
В этот самый момент из уголков ее глаз начали выходить слезы не от боли, а от осознания своей слабости и безнадежности. В районе живота одежды появилась открытая обугленная дыра, а сама плоть приобрела черный и неприятный оттенок. Даже раскаленные песчинки играючи трескались от кубиков пресса.
—
В небе послышался гром, а после и молния преобразила перед ней Наруто.
— Наруто…
Всего лишь один взгляд в ее сторону и лишь один взгляд в сторону этого противника. Мгновенно исчезает и появляется перед ней, но за пару мгновений перед ней появляется еще один член Акацуки, что был одет такой же плащ Акацуки, но подол напоминал крылья птиц, а на голове была костяная маска воронов.
Правая рука с молотом опускается на свою цель, но прямо в момент соприкосновения с целью они исчезают в черном дыме и оставляя лишь за собой несколько черных перьев. В чудовищном грохоте удара молота образуется гигантский двадцати метровый кратер от удара. Вместо того, чтобы посылать на поиски своего врага, призыва своего ворона или теневых клонов, Наруто в очередном мгновенном перемещении оказался возле неё и подобрал в свои руки.
— П-прости… прости… за то, что проиграла… — слезы горечи, обиды и жалости все еще не могли перестать выходить из уголков ее глаз.
— Саске… — это было последнее, что она услышала перед тем, как потеряла сознание. Такое неодобрительное, грустное и в тоже время жалостливое обращение.
Саске дала себе обещание, что больше никогда не услышит из его уст такое обращение к ней. Никогда.
Я и подумать не мог, что такой приятный день может быть испорчен его окончанием. Я непривычно спокойно, тихо и непринужденно стоял, оперившись спиной о входную дверь в личную комнату Саске. В ней на данный момент хозяйничала Цунаде с несколькими меднинами. Меня заранее оповестили, чтобы я не маячил перед ней и не мешал своей хмурой рожей, так как от меня было мало толку от процедуры диагностики и лечения. Я сразу понял, что я имею дело с чем-то серьезным когда увидел, что черный круглый ожог в районе ее живота не заживал. Пламя не просто нанесло физическое увечье, а проникло внутрь и буквально изнутри выжгло ей циркуляцию чакры. Если мои предположения верны, то в связи с этим Саске может навсегда забыть о стезе «Шиноби» и навсегда остаться калекой, так как я не имел способностей или знаний в медицине. Даже я знаю, что внутренние повреждения, на манер этого, невозможно вылечить простым и легким способом. Я вовсе не был бесчувственным и холодным ублюдком, а просто перешел в «автономный» режим. Неприятно было ощущать себя таким беспомощным и бесполезным. С другой стороны я осознавал, что мои переживания и беспокойства ни к чему не приведут. Именно по этой причине я и решил сначала дождаться вердикта Цунаде Сенджу. Если же её знаний и способностей не будет достаточно для решения этой проблемы, то у меня есть одна идея, кто именно способен в этом помочь…
Джирайя медленным шагом подступал с другой стороны коридора и медленно сократил между нами расстояние. Мое положение не изменилось.
— Знаешь… я испытываю такое странное чувство дежавю. — как будто озвучивая мысли вслух проговорил он. Его ладонь задумчиво почесала подбородок, а взгляд чуть поднялся к потолку. Будто вспомнил какую-то сцену из прошлого. — Сколько себя помню, но я каждый раз оказывался на этом самом месте. В такие моменты, мне всегда оставалось лишь наблюдать за последствиями неприятного исхода.
Я показательно оскалился и сжал свои зубы до хруста костей. Лицо ожесточилось, а ладони сжались в кулаки.
— Чего вы хотите этим добиться⁈ Что это я виноват во всем⁈ Ведь я почувствовал присутствие врага, но специально проигнорировал и дал ей возможность
