Что до Атры, едва Заряночка приблизилась к ней, дама в черном поднялась на ноги, и обхватила руками шею подруги, и зарыдала и заплакала у нее на груди, а затем поспешно вышла за дверь, и спустилась в зал, и принялась расхаживать там взад и вперед, до тех пор, пока обуревающая ее страсть не поутихла немного; тогда снова смогла Атра показаться друзьям, спокойная и приветливая. Когда же снова возвратилась она в верхние покои, Артур держал речь, и сказал он вот что:
"Вам, о дамы, говорю я, что мы, обитатели замка, знаем лучше лучшего: избежав Красной Крепости, избежала дорогая наша подруга участи столь страшной, что негоже нам роптать на утрату собрата; ибо жизнь воина, каковая неизменно под угрозою смерти, - вира не слишком тяжелая за спасение подруги, притом столь милой и нежной, от долгой и мучительной смерти. Ибо должно вам узнать, что помянутая Крепость давно уже почитается сокровищницей горестей и вместилищем скорби; ибо тамошний тиран не ведал жалости, равно как и его люди. В другой раз, когда воспрянете вы духом, я, может статься, порасскажу вам подробнее и в красках о тех, кто исполнял его волю; как, скажем, о его доверенном отряде вооруженных наемников, прозванных Мельниками; и о его собрате-чародее, знатоке ядов, по прозвищу Аптекарь; и о трех старухах, прозванных Фуриями, и о трех юных женщинах, прозванных Грациями; и о гончих его, что питаются человеческим мясом; и тому подобные байки, ужасные, словно ставшие реальностью ночные кошмары. Но теперь и сейчас скажу я, что как только свершим мы погребальный обряд над телом дорогого нашего собрата, должно бы нам продолжить битву, начатую им так доблестно. Я имею в виду, что теперь, когда Поиски наших дам завершились и Обет исполнен, следует нам, тем, что остались от братства, объявить войну Красной Крепости и ее гнусным обитателям. Как только останки Бодуэна предадут земле, мы соберем воинство и отправимся туда во всеоружии, дабы в сражении этом выжить или умереть, и очистить землю от зла, как поступали мужи древних дней, уничтожая драконов, и великанов, и порождения ада, и сынов Каина".
Щеки Артура разгорелись, пока говорил он; Черный Оруженосец обвел глазами зал, и остановил взор на Заряночке, и заметил, что и ее лицо пылает, и сияют глаза; что до Виридис, настолько упала бедняжка духом, что побледнела как полотно, и губы ее задрожали.
Тут заговорила Аврея и молвила:"Благодарю тебя за речь, Черный Оруженосец; я знаю, что избранник мой порадуется в раю, узнав о ней; и о том скажу я Бодуэну завтра, пока станут отпевать его".
Отозвалась Атра:"Речь хороша; уповаем мы на то, что деяния окажутся еще лучше. Ибо пробудилось ныне зло, что зло уничтожит, как часто случается, когда доблестным причиняют обиду, и у чистых сердцем похищают радость; тогда рука свершает деяния доблести, и в сердце снисходит мир, и страдание обретает утешение".
Все глядели на Атру, дивясь, ибо говорила она, вскинув голову, с горящими глазами, подобно пророчицам далекой древности. И устрашилась Заряночка даму в черном, хотя и любила ее.
Последним заговорил Хью, и молвил:"Воистину хорошо придумано, собрат мой; и дивлюсь я, что не мне первому пришло это в голову; что бы ни ожидало нас, жизнь или смерть, я пойду за тобою. А исход приключения не так уж и безнадежен, ибо ежели мы потеряли предводителя, так они потеряли дьявола-главаря, и дьявола рангом поменьше. Более того, добрые жители Гринфорда непременно присоединятся к нам, и это придаст нам сил, ибо мужей в городе довольно, и все они славные воины; есть у них мастера-ремесленники, что построят для нас машины, и помогут мудрым советом; да и деньгами город богат, так что может и людей нанять, и прикупить все необходимое. Потому, думается мне, не след нам медлить: нужно тотчас же выслать посланцев собирать воинство".
"Тотчас же, - подтвердил Черный Рыцарь, - так пойдемте-ка отыщем сэра Эймериса". Засим оба рыцаря поднялись и ушли по своим делам, оставив женщин в одиночестве, и долго не возвращались.
