Тобо издал «ртом» клацающий звук. Бочком продвигаясь вперед, он странно завертел своей насекомообразной головой, как бы примериваясь, кого сжевать первым. Офицер, по-видимому, чисто инстинктивно вспомнил о том, что хищники прежде всего набрасываются на толстяков. Не сходя с места, он отшвырнул свое оружие, надеясь, что это остановит приближение Тобо.
Я сказала, обращаясь к нашим ребятам:
– Помогите этим людям избавиться от своего снаряжения.
Наши были потрясены не меньше местных солдат.
Думаю, что это правда. Братья рассказывали о тех, которых видели сами. И в Анналах об этом упоминается.
Южане начали сдавать оружие. Красавчик, или Прыщ, или кто-то еще напомнили, что нужно велеть им лечь на землю лицом вниз. Как только первые подчинились, у остальных пропало всякое желание сопротивляться.
Сари не могла больше сдерживаться и набросилась на Гоблина.
– Что такое ты вытворяешь с моим сыном, старый дурак? Я же говорила тебе, что не хочу, чтобы он играл в…
– Ш-ш-ш! Клак! Клак! – послышалось со стороны Тобо.
Очень длинная конечность протянулась к Сари, и коготь, которым она заканчивалась, щелкнул ее по носу.
Мальчику еще придется пожалеть о своей шутке.
К нам протолкался дядюшка Дой.
– Не сейчас, Сари! Не здесь!
Он потащил ее куда-то, с такой силой схватив за руку, что она сморщилась. Гнев ее не ослабел, но голос звучал теперь гораздо тише. Последнее, что я слышала, было что-то нелестное относительно ее бабушки, Хонь Тэй.
– Гоблин, заканчивай представление, – сказала я. – Я не могу разговаривать с этим человеком, пока выгляжу, точно мать какого-нибудь ракшаса.
– Это не ко мне, Дрема. Я здесь только для того, чтобы приглядывать за парнишкой. Обращайся к Тобо.
Невинен, точно младенец, – вот как он при этом выглядел.
Обращаться к Тобо не имело смысла – все его внимание было поглощено игрой в жуткого монстра. Я сказала Гоблину:
– Раз уж ты учишь его выделывать все эти штучки, потрать как-нибудь немного времени и объясни, ему, что существует такое понятие, как самодисциплина. Не говоря уж о том, что тебе не следует самому морочить людям головы, чтобы не подавать ему плохого примера. Я прекрасно понимаю, кто, что и для чего здесь делает. Прекрати все это, Гоблин.
Я отнюдь не была разочарована, когда выяснилось, что у Тобо тоже есть какой-никакой талант. На самом деле, это было почти неизбежно. Это было у него в крови. Беспокоило другое. А именно, что Гоблин и, предположительно, Одноглазый решили, будто для него настало время проявить этот свой талант в открытую. С моей точки зрения, у Тобо был сейчас самый неподходящий возраст для того, чтобы вообразить себя всемогущим. Если никто не будет контролировать его, пока он не научится делать это сам, он рискует так никогда и не выйти из состояния внутреннего полудетского хаоса, как это произошло с Душеловом.
– Конечно, Дрема, а как же. Это входит в программу. Но ты должна понять, что он уже гораздо более взрослый и ответственный, чем вы с его матерью желаете признавать. Он не дитя. Он прекрасно понимает, чего вы от него ждете, и ведет себя соответственно, но это не значит, что он такой на самом деле. Не забывай об этом. Он хороший парнишка, Дрема. С ним все будет в порядке, если вы с Сари не занянчите его до смерти. И сейчас он как раз в том возрасте, когда вам следует отступиться и позволить ему сбивать себе копыта, пусть даже позднее он и пожалеет об этом.
– Совет специалиста в области воспитания детей?
– Даже специалист способен сообразить, когда с воспитательной частью следует заканчивать. Дрема, этот мальчик обладает крупным и многогранным талантом. Он – будущее Черного Отряда. И именно это предсказывала та самая бабуля нюень бао, когда впервые во время осады увидела вместе Мургена и Сари.
– Складно говоришь, старик. И что характерно – момент, когда ты решил довести все это до моего сведения, выбран с точностью до наоборот. У меня на руках пятьдесят пленников, с которыми надо что-то делать. И впридачу к ним упитанный, симпатичный такой новый дружок, которого нужно убедить в том, что он должен склонить остальных командиров сотрудничать с нами. Чего у меня нет, это времени, чтобы разбираться с юношескими трудностями Тобо. Обрати внимание – в случае, если ты до сих пор этого не заметил, наше существование перестало быть тайной. Кьяулунская война началась снова. Ничуть не удивлюсь, если в один прекрасный день к нам нагрянет сама Душелов. Теперь сделай так, чтобы я выглядела как обычно и могла заняться неотложными делами.
– Ох, ты бываешь такой убедительной!
