— Идеи есть? — отстреливался Гиря.
Проход дальше был для нас закрыт. Идти в лоб Гиря не собирался. А решать надо было быстрее.
— Вторая группа где? — крикнул Сева, ведя огонь и не давая поднять головы наёмникам.
— В Караганде, — прошипел Гиря, пытаясь связаться с командиром второй группы.
Это та самая группа, которая шла впереди нас и зачистила здание рядом с вышкой. Теперь они поддерживали нас, поднимаясь по другой лестнице.
Сейчас бы их выход сбоку мог бы нам помочь. Ведь другого прохода на следующий этаж нет.
Я вновь выключил камеру и взял автомат. Пока что нужно побыть солдатом, а не оператором.
— Гиря, тут только ломать, — крикнул я, намекая на пролом в стене.
Правда, для начала надо было пройти ещё одну комнату, из которой тоже вели огонь.
— Других вариантов нет, — вытер вспотевшее лицо Гиря и подозвал к себе сирийца.
Он оставил парня рядом с Севой, а меня позвал с собой.
— Держу, — крикнул Сева, прикрывая наш переход с Гирей в одну из комнат.
Гиря вошёл первый. Я следом и сразу подошёл к стене.
— Ставь. Быстрее, — торопил Кирилл, протянув мне взрывчатку.
Быстро установив её, мы отошли подальше и произвели подрыв. Комната моментально наполнилась пылью, а в стене появился пролом.
— Держу! — сказал я, прикрывая Гирю, пока он пролезал в комнату.
Тут же Кирилл начал стрелять, заметив раненого наёмника.
— Контроль! — громко сказал Гиря, пустив две пули ещё в одного.
Следующую стену пробили так же. Путь преграждал здоровенный стеллаж, но я залез на него сверху и стал устанавливать взрывчатку на стену. Осталось сделать пролом, и мы выйдем к проходу на следующий этаж.
— Готов… тварь! — крикнул я и повалился назад, ударившись головой об стену.
Словно восставший из ада, поднялся на ноги израненный наёмник и откинул шкаф. Он громко кричал, а его окровавленное лицо выглядело устрашающе.
Без промедления, я уложил его одним ударом. Гиря пустил две пули, окончательно добив противника.
— Работа! — громко сказал я, предупреждая о подрыве.
Взрыв, и очередной пролом в стене готов. Стрельба за стеной стихла, но раздались крики. Мы бросили в образовавшуюся огромную дыру по две гранаты, чтоб наверняка ликвидировать противника.
Пыль начала рассеиваться, и мы смогли войти в пролом.
— Проход взят, — громко сказал Гиря, и сириец с Севой поспешили к нам.
Естественно, что Сева уже был не такой скоростной.
Бетон под ногами был усеян гильзами и осколками. Тела противника застыли на полу в неестественной позе. Хорошо они успели здесь укрепиться.
Было желание сплюнуть, но жар стоял такой, что стенки гортани буквально прилипли друг к другу, будто склеенные «Моментом».
Захотелось снять обувь, которая за это короткое время прилипла к стопам. Ощущение было такое, будто бетон плавится под подошвами.
Времени на передышку не было.
— Дальше. Сева, ты как? — спросил у него Гиря.
Наш товарищ пытался держаться бодрячком, но это у него не вышло.
— Немного… отдохну, — сказал Сева, съехав по стене и тяжело задышав.
Он запрокинул голову назад. Лицо было бледное, а губы сжались в тонкую линию. Кровь из раны медленно растекалась под бедром, образуя тёмное пятно на потрескавшемся бетоне. Кровопотеря была значительная, я сразу понял, что он не сможет идти дальше и если кровь не остановить, Сева умрёт.
Гиря быстро осмотрел рану, прижал ладонь к бедру.
— Гриф, сюда. Этаж 3, — позвал по радиостанции нашего товарища, прикрывавшего вход в здание.
Через 30 секунд Гриф был уже на месте, в готовности оказать помощь Севе.
— Гриф, останься с ним, обработай рану, — приказал Гиря.
Гриф полез в свой рюкзак и открыл аптечку, раскладывая средства первой медицинской помощи у себя на коленях. Действовал чётко, без суеты, но быстро. Понимал, что времени для спасения товарища мало.
— Гиря, я могу идти. Сейчас только Гриф меня чуть залатает, — сцепив зубы, прошипел Сева.
— Ага, скороход, блин! Нет, дальше ты не идёшь, рана слишком серьёзная. И не спорь, — отрезал Гиря.
Грифа оставили с Севой и дальше продолжили идти в четвёртом.
Двое наших сирийцев уже перегруппировались у лестничного пролёта. Пулемётчик, перехватив пулемёт за корпус, вставлял свежую ленту.
— Гиря — Песку, что там у вас? — запросил Кирилла командир всей десантной группы.
Судя по голосу, это был тот самый Сопин.
— Песок, поднимаемся. Плотно засели. И вторая группа опаздывает, — доложил Гиря.
— Прибавить надо. С Запада подтягиваются. Нужен обзор.
— Понял. Двигаемся, — ответил Гиря.
Я глубоко вдохнул горячий пыльный воздух, и мы двинулись дальше по лестнице. Пулемётчик шёл первым, за ним я.
Камера была включена и продолжала снимать. Аккумулятор ещё не сдох.
— Плёнка не кончится? — шепнул Гиря, следуя за мной и держа свой сектор.
— Я запасную взял. Три штуки.
— Подготовился!
Второй сириец прикрывал тыл.
На пролёте воздух сделался ещё тяжелее. Чем выше этаж, тем сильнее солнце разогревало вышку. Каждый вдох резал лёгкие, заставляя горло першить.
Слишком было тихо. Камеру я снова убрал. Сейчас важнее было смотреть глазами, а не через объектив.
