— Ну… вообще-то — да, но не думаю, что зная, что ты служишь боевым магом, да ещё и в двести третьем батальоне, к тебе будут относиться как к простой девушке, — ответил я. Правда, понимая, что весь этот разговор идёт лишь для интереса, похоже, на самом деле Мэри и не надеялась, что у неё когда-нибудь появится кто-то. Это мне всё больше не нравилось, но сейчас не стоило заострять на этом внимание, и я продолжил: — Тем более у тебя уже есть награды…
Пока шло разбирательство, пришли награды для нашего подразделения за бой у Вильгельмсхавена, а некоторым за ещё более ранние сражения. Мы получили медаль «За ранение третьей степени» и знак, подтверждающей сбитие группы магов, а также каждому бойцу батальона вручили медаль «За помощь флоту открытого моря». Как стало известно, многие маги батальона имели приличное число всяких наград, которые были не просто знаками за боевые заслуги, но и несли приятные бонусы в виде повышения жалования, а позже также будут помогать в гражданской жизни. Деталей я не знал, но, похоже, все имели медали «за ранение» и «Железные кресты» разных степеней, у некоторых их было несколько.
Конечно, Дегуршафт с её «Серебряными крыльями», которые, кстати, обычно выдаются посмертно, никому не переплюнуть, тем более у неё и других наград тоже хватало. В уставе Райхсвера по поводу того, что и как носить была написана не одна страница, так что к этому серьёзно относились, а сами награды, конечно же, вызывали гордость у обладателей. Кроме того подполковник сообщила мне, что, возможно, и Мэри получит, когда закончится разбирательство, «Железный крест». Про награждение Серебряковой и её подруги не в курсе.
— Ну да, — ответила хозяйка тела, коснувшись пластыря на щеке, — прямо жду не дождусь, когда смогу всё это надеть… Покрасоваться перед друзьями…
— Мэри, — разумеется, я не забыл, что она недавно убила свою подругу и с того момента так или иначе мы возвращались к этому каждый день, хотя она продолжала всячески избегать этого разговора.
— Всё в порядке, — ответила она, явно прилагая усилия, чтобы сдерживать свои чувства, — наверное. Пора уже одеваться… Надоел этот госпиталь.
— Да, надо бы, — ответил я, поняв, что вопрос пока что снова закрыт. Не думаю, что сейчас я мог как-либо помочь ей, позже будет видно, когда станет ясно, как она справляется сама.
— Давай я, — произнесла девушка, и я передал ей контроль над телом. Не знаю, правильно ли я делаю и как это выглядит, но после того, как она, имея возможность «освободиться», заперев моё сознание в себе, осознано вернула мне контроль, я стал больше доверять ей. Да и одеваться у неё почему-то получается лучше, а ещё это должно её отвлечь.
Сначала нужно было надеть нижнее белье, состоящее из трусиков и… бюстгальтера, потом шла рубашка и… что-то типа утеплённых колготок, которые, видимо, играли роль термобелья. После штаны на подтяжках и китель с поясом, причём он не вправлялся в штаны. Последнее — это расчётный амулет на цепочке, что одевалась на шею и награды, часть из которых вешалась в районе правого бока. Такие как «Железный крест», которого у меня не было, вешались также под шею или отмечались специальной лентой, которая цеплялась из внутренней части кителя на одну из пуговиц. Ну и фуражка в конце, с двуглавым чёрным драконом вместо привычной мне кокарды в виде овала со звёздочкой.
Всё прошло быстро и… довольно просто, хотя, одевая расчётный амулет, мы немного смутились, так как всё время «забега» во время прошлого задания он находился в… бюстгальтере. В общем, всё было готово, судя по часам, до построения оставалось чуть больше двадцати минут. Вновь посмотрев в зеркало и поправив фуражку, после подошёл к двери, вздохнул и вышел. Сегодня должен был быть очередной непростой день…
— Равняйсь! Смирно! — повернулся в сторону Дегуршафт и, выполнив воинское приветствие, доложил: — Госпожа подполковник, Двести третий батальон по вашему приказу построен. Отсутствующих нет!
— Вольно, — ответила она, и они вместе опустили руки, приложенные к виску. Да что такое, мне опять стало весело. Когда вижу всё это… Хотя по голосу и поведению девочки сразу видно, что она тут главная, да и после команды никто особо не расслаблялся, сразу видно, что уважают. Пройдя немного вперёд к краю трибуны, которая здесь больше напоминала сцену, причём сделанную из ящиков, окинула нас всех взглядом и заговорила: — Бойцы! У нас новый приказ! Командование хочет воспользоваться тем, что враг недавно понёс серьёзные потери в воздушных силах. По его мнению, они ещё не успели восстановиться, а мы — да, тем более ночью прибыло подкрепление. Наша задача — перелететь пролив Ламанши и установить плацдарм на побережье для корректировки огня ствольной артиллерии и нашего флота, а также его обороны для высадки морского и воздушного десантов… Я думаю, нам это под силу, но не забывайте, что у врага всё ещё есть их флот и сухопутные силы, да и их ВВС лишь «понесли серьёзные потери», они отнюдь не разбиты…