— Станет лучше, — ответил я, ощущая сонливость, от которой даже начали закрываться глаза, — поговорю…
Где-то в Индио океане
Вот уж не знаю, как это зелье должно было работать и как оно работало в прошлый раз, но у меня получилось так. Тем же вечером я вырубился, Виктория не стала меня будить, а на следующий день у неё были какие-то дела, и человек, носивший еду, просто менял подносы, зная, что меня ранее постоянно тошнило и потому тот факт, что я спал уже почти полтора суток, обнаружилось лишь на утро следующего дня. Врач отметил у меня понижение давления и сильно замедлившееся сердцебиение, все попытки разбудить меня, в том числе ведро с водой, что вылила на меня наша дорогая Таня, не принесли результата. Пока разбирались, что там такого намешано в зелье и сколько таблеток от морской болезни я выпил ранее, прошли ещё сутки. Потом, когда уже все на корабле были подняты на уши, с соседних кораблей уже прибыли их маги-целители, а на континенте начали собирать консилиум врачей, мы соизволили проснуться…
Как по мне, самое обидное это не то, что моё состояние обнаружили лишь спустя полтора суток, а то, что в итоге морская болезнь так и не прошла… Правда, теперь меня лишь постоянно клонило в сон и по всему телу сохранялась слабость, и было отсутствие аппетита. Разве это можно назвать выздоровлением? Особенно учитывая, что мне пообещали? Думаю, нет.
Ну, по крайней мере слабость была не настолько сильной, чтобы быть вообще не в состоянии что-либо делать или думать, как переболевший гриппом, уверен в своих словах. А ещё корабельный врач сказал, что для улучшения состояния нам нужно больше спать и чаще дышать свежим морским воздухом, что я и старался сделать, раз уж в таком состоянии мне не разрешали свободно гулять по кораблю там, где я хочу. Всё-таки не каждый день плаваешь на настоящем действующем линкоре времён ПМВ.
Дегуршафт особого интереса к моему состоянию не проявляла, похоже, полностью сосредоточившись на отдыхе. Ну или работе, которую сама себе придумала… Я про учения «Для поддержания боеспособности», которые она проводила с боеспособной частью нашего батальона — не я один страдал морской болезнью — флотскими магами и экипажами кораблей. Видите ли, из штаба пришёл приказ усилить тренировки по противодействию воздушным целям и магам, в частности. Нашего командира попросили просто дать несколько советов, а она развернула такую деятельность, что… думаю, отражение абордажа в исполнении магов местные запомнят надолго. Правда, видя, как рьяно японец всем этим занимается, внезапно понял, каждый борется с бездельем так, как может…
Ну и несмотря на это всё, совершенно внезапно я встретил мелкую на палубе корабля в один из вечеров, когда она любовалась видами, попивая горячий кофе из металлической кружки. Появился отличный шанс поговорить, особенно учитывая, что ужин уже прошёл и почти стемнело, да и упускать его я не собирался.
— Не помешаю наслаждаться видами? — спросил я, становясь рядом и опираясь на перила. При этом имея довольно жалкий вид, учитывая моё состояние и то, что был без кителя, лишь в штанах, рубашке и плаще, что мне подогнали моряки. Ну и, наверное, вместо тапочек стоило всё-таки одеть сапоги… Холодный морской воздух, конечно, бодрил, вот только он был холодным.
Таня же стояла в обычном лётном костюме, только без разгрузки и лётного оборудования, что напомнило мне похожую сцену из аниме. Кивнув в сторону термоса, что стоял на… металлической штуке, куда на кораблях канаты наматываются, он произнёс: — Бери, если хочешь, крышка двойная, вместо кружки.
— Спасибо, — ответил я, но наливать себе не стал, поскольку знал, что это чудовище умудряется пить кофе вообще без сахара, лишь иногда заедая шоколадом.
Вдали ещё виднелись признаки заката, ночь должна вот-вот наступить. В основном шумел океан, но можно было услышать и даже почувствовать, как работает двигатель корабля. На палубе ниже моряки сматывали какой-то толстый канат, а с соседнего судна при помощи прожектора и азбуки Морзе передавали какое-то сообщение. Мы так и стояли, смотря на волны. Японцу, похоже, было нечего сказать мне, а я не торопился, так как времени вроде как было достаточно, тем более мы могли не подчиняться распорядку, установленному на судне.
На всякий случай посмотрев по сторонам и убедившись, что нас никто не слышит, я спросил негромко: — Ты думал… насчёт… нас?
— Вас? — уточнил он, не глядя на меня. — Да, кажется довольно необычным, если представить, что кто-то живёт… в одном теле с кем-то ещё… С ещё одним… разумом и душой…
— Я вообще-то имел в виду, — проговорил, поведя головой, как бы показывая больший масштаб: — нас…
— А можно конкретнее? — уточнил он, улыбнулся в мою сторону. — А то иногда я не уверен с кем именно говорю…
— Извини, в тот раз случайно вышло, — ответил я, вспоминая разговор в КХО. — Сам не думал, что это для неё так важно.