Военная контрразведка НКВД СССР. Тайный фронт войны 1941–1942 полностью

В информации от 17 апреля 1942 г. Л.П. Берия доложил в ГКО СССР И.В. Сталину и В.М. Молотову, а также начальнику Генштаба А.М. Василевскому о том, что, по сообщению ОО НКВД Калининского фронта, войска несут большие потери в личном составе, во многих случаях вина за эти потери ложится на командование фронтом и армиями, которые разрабатывали операции без учета действительной обстановки и временных критериев. Отдельные части вводились в бой с марша, без разведки, вскрытия системы обороны противника путем лобовых атак. В этом же сообщении ОО привел яркий пример нерационального использования в ходе боев в качестве пехоты военнослужащих редких воинских специальностей: сформированная Московским военным округом 3-я гвардейская морская бригада в результате боевых действий в начале 1942 г. потеряла 3176 командиров, специалистов торпедных катеров, подводников, связистов и электриков[1235].

Ржевско-вяземская операция 1942 г. считается одной из самых кровопролитных операций Великой Отечественной войны. Официально Западный и Калининский фронты потеряли 776 889 человек[1236]. Конечно, в ходе Ржевско-Вяземской операции советскими войсками были полностью освобождены Московская, Тульская, часть Калининской области, но ее главная цель – уничтожение армий «Центр» не была достигнута. В течение всего 1942 г. вермахт удерживал Ржевский выступ. По оценкам маршала В.Г. Куликова, общие потери Красной армии в 1942–1943 гг. составили около 2,5 млн человек[1237].

Не сумев ликвидировать Ржевско-Вяземский выступ, Красная армия 20 апреля 1942 г. перешла к обороне. К этому времени на Ленинградском фронте был освобожден Тихвин и предотвращена возможность соединения немцев с финнами, на Южном фронте освобожден Ростов-на-Дону, в Крыму был высажен десант и занят Керченский полуостров. Оборонительные сражения Красной армии дались дорогой ценой. Только безвозвратные людские потери в Московской стратегической оборонительной операции составили более 514 тыс. человек, санитарные – 143 941 человек. «Было бы глупо, не по-большевистски, – говорил А.С. Щербаков еще 29 сентября 1941 г. в докладе на собрании актива Московской организации ВКП (б) «О состоянии партийно-политической работы в Московской организации ВКП (б)», – закрывать на это глаза и отмахиваться, что-де мол, что все пустяки. Эти потери не имеют решающего значения для дальнейшей борьбы с противником до полного его разгрома, но эти потери и не пустяки, а очень серьезные потери»[1238]. Хотя эти потери «не имели решающего значения», но показали не только героизм солдат и командиров, а и бездарность военного руководства, которое не жалело своих солдат. Об этом свидетельствует и судьба наших земляков-сибиряков 226 сд, погибших на полях сражений под Ржевом в 1941–1942 гг.

История дивизии началась с того, что решением СНК СССР на НКВД СССР было возложено формирование 15 сд. В приказе наркома Л.П. Берии от 29 июня 1941 г. предписывалось в том числе развернуть 243, 244, 246, 247, 249, 250, 251, 252, 254, 256, 257, 265 и 268-ю сд.

К концу формирования 226 дивизия насчитывала личного состава: начсоства – 937, мл. начсостава – 1443, рядовых – 8660, в том числе мужчины призывного возраста – колхозники Абатского, Велижанского, Голышмановского, Казанского, Нижне-Тавдинского, Ново-Заимского, Ялуторовского и др. районов Омской области. Их оперативно собрали и отправили в г. Рыбинск Ярославской области в Московский военный округ.

Нужно ли говорить, что привлекаемые к наступлению 246-я и др. дивизии, сформированные за две недели из необученных военному делу сельских жителей, были не подготовлены к боевым действиям, не обстреляны и недополучили значительное количества вооружения. Поэтому поспешные контрудары силами таких дивизий ни к каким успехам привести не могли, кроме гибели тысяч бойцов, сдачи их в плен, потери техники, оружия и территории.