— Пойду я, Леша, — положив трубку, повернулась ко мне магичка, и я увидел, что ее колотит крупная дрожь. — Мне поесть надо, срочно. И согреться. А потом снова приду к тебе. Думаю, что тебе скоро станет легче, но запомни категорический приказ капитана: в «кисель» не лазить! А то он лично тебе шею открутит! Лежи, восстанавливайся пока.
Вот так я и выпал из ритма жизни парохода. «Вепрь» упрямо резал своим острым форштевнем воды океана, а я по большей части лежал в кровати, глядя на потолок или в иллюминатор. Кима оказалась неправа — легче мне не становилось. Ничего не болело, но проклятая слабость никак не хотела уходить, сил едва хватало, чтобы добраться до туалета и вернуться в койку, ноги подгибались от слабости, хоть ползи на коленях, а силы в руках едва хватало, чтобы держать ложку или поправить подушку. День шел за днем, но ничего не менялось. Ни о каких занятиях или вахтах не было и речи, я чувствовал себя бесполезным грузом, о котором приходилось заботиться. Кима переехала ко мне в двухместную каюту, и теперь ночевала на свободной койке, а заодно кормила меня, таская с камбуза еду на подносе. Но аппетита почти не было. Заботливая магичка несколько раз пыталась лечить своей магией, но эффекта это не давало — что-то в моем организме основательно сломалось и теперь никак не хотело чиниться.
— Нельзя было сразу после получения нового уровня столько колдовать, — сокрушалась Кима. — Надо было дать твоему организму прийти в себя, перестроиться постепенно. А ты сразу начал миномет доставать и другое оружие… У тебя сейчас энергетика как решето — сколько ни вливай в тебя силы, все сразу выливается обратно.
— Хреново, — только и мог ответить я. — Каюсь, дурак был. И ведь предупреждали, а я не слушал… Слушай, Кима, дорогая, а есть способ это решето залатать?
— Надо сделать так, чтобы твое тело очень захотело жить. Не ты сам, а оно. И способ есть, — задумчиво сказала магичка, почему-то покраснев как от смущения. — Теоретический. Ладно, сегодня ночью попробуем. Я только с Альтрой договорюсь…
— Эльфа тут причем?
— К сожалению, без нее не получится. Ты ведь меня не любишь, Леша, — горько усмехнулась девушка. — Но делать нечего, будем тебя лечить. Готовься вечером к процедуре.
В восемь часов вечера вместе с Кимой в мою каюта пришла Альтра. Магичка стала кормить меня ужином, а эльфа с сосредоточенным видом села на ее кровать, неотрывно глядя то на меня, то на Киму. Я хотел было заговорить с ней, но «ушастая» лишь прижала палец к своим губам и отрицательно покачала головой. Когда ужин закончился, эльфа посидела еще минут пятнадцать, потом кивнула магичке, забрала поднос с посудой и тихо вышла за дверь.
— И что теперь? — обескуражено спросил я. — Начнем лечение?
— Начнем, — сказала Кима, и ее ладони засияли неярким желтым светом. А затем она стала неспешно расстегивать свой рабочий комбинезон, и я просто ахнул от внезапно нахлынувших на меня эмоций.
Кима была не просто красива! Она была бесподобна, великолепна, желанна, ослепительна и обворожительна! Я даже забыл о своей слабости и протянул навстречу ей руки, желая обнять, и желание мое исполнилось. Но не сразу, а как только комбинезон упал на пол, и выяснилось, что под ним ничего нет. А затем магичка одним слитным движением опустилась на кровать рядом со мной, и мои губы нашли ее губы.
Умом я понял что произошло: эльфа основательно покопалась в наших мозгах, внушив нам с Кимой сильнейшую любовь и желание друг к другу. Но противостоять этим чувствам сейчас было совершенно невозможно, да не хотелось. Особенно после того, как ко мне прикоснулось обнаженное тело девушки, а ее теплые, светящиеся лечебным светом ладошки сначала обняли за спину, а потом одна из них переместилась ниже, к сосредоточению желания… Предательская слабость тут же стала улетучиваться, и я внезапно понял, что уже готов для любовной схватки…
Наваждение было недолгим, но такого секса у меня в жизни еще никогда не было. Все чувства словно выкрутили на максимум, удовольствие было очень острым, почти болезненным, особенно в конце, когда пришла разрядка. Голова выключилась совершенно, осталось лишь плотское желание. И лишь минут через двадцать, когда я снова смог соображать, мы с Кимой разомкнули объятия.
— Прости, любимая, — только и сказал я, глядя на смятую в ком простыню. — Кажется, я был слишком груб.
— Ничего, — слабо улыбнулась магичка. — Зато мой первый раз вышел очень… убедительным. И мне приятно, что это был ты, хотя я и берегла себя для мужа.
Кима слегка покраснела, магичке тоже было неловко. Эльфийская ментальная магия сильная, но недолгая и ее действие уже заканчивалось. — Нам следовало все сделать именно так, чтобы моя магия подействовала, — добавила целительница, словно оправдываясь. — Просто секс не помог бы и лечение тоже. Нужна была сильная эмоциональная встряска вместе с лечением и полное единение. Но, кажется, все получилось.