Ну и теперь общие соображения, годные в том числе для наших любимых воображаемых миров. Верхнюю планку численности задают два параметра — это численность потенциальных солдат (грубо говоря, не слишком молодых, не слишком старых и более-менее здоровых мужиков) и возможности снабжения. И если первый оценивается этак в 20 % населения, то второй в широких пределах зависит от типа экономики, состояния коммуникаций и ещё кучи мелких деталей. Исторически в среднем страна могла содержать армию численностью порядка 1–2 % населения, только в совершенно исключительных случаях поднимая планку до 5 %. Почему? Виновата такая себе эффективность сельского хозяйства, основанного на сугубо ручном труде. Если забрать из него в армию лучших работников, неизбежен коллапс производства и последующий феерический голод, после которого уже никакой враг не нужен.
Ну вот, вроде разобрались? Как бы не так! При попытке просто довести войско до поля боя начинаются новые проблемы.
Нормальный пеший переход для античных армий — 25–30 километров в день. Казалось бы, при чём тут это? А вот при чём. Нормальная такая дорога в древности шириной примерно в тележную колею, пара человек в ряд. Ладно, пусть у нас очень хорошая дорога и наши храбрые воины идут по 4 в ряд. Так же нужно поддерживать какой-никакой интервал между рядами, дабы боец закинутой на плечо фуркой не расквасил нос идущему сзади товарищу. Пусть будет 2 метра на человека. В итоге десятитысячная армия растянется по дороге на пять километров, двадцатитысячная — на десять, а пятидесятитысячная —
Конечно, те же римляне порой строили настоящие магистрали шириной более 6 метров с соответствующей пропускной способностью. Но римские дороги так и остались уникальным явлением в истории.
И, под занавес, ещё одна неприятность, связанная именно с походными колоннами. Предположим, ну что-то пошло не так. Например, недоглядела разведка и пятидесятитысячная армия на марше внезапно наткнулась на врага и подверглась нападению. А теперь считаем и смеёмся. О факте столкновения в хвосте колонны узнают примерно через час (когда доскачет посыльный на быстрой лошади), а ещё через пять часов шедший в хвосте отряд окажется на поле боя, насмерть вымотанный переходом. Ну или другой пример. Генералу, едущему во главе колонны, на вопрос «Где там наш обоз?» придётся больше двух часов ждать ответа.
Ладно. Кое-как, пыхтя и отдуваясь, наше пятидесятитысячное воинство добралось до громадного ровного поля, где условилось сразиться с противником. Оно хорошо отоспалось в построенном рядом лагере, позавтракало, выстроилось во вполне нормальную по древнегреческим меркам фалангу глубиной в 8 рядов. И тут мы с удивлением обнаруживаем, что оно занимает почти
Выводы? Достаточно большая и густонаселённая страна может содержать даже стотысячную армию, «сверхдержава» древнего мира потянет и триста. Но попытка привести на поле боя больше 30–40 тысяч бойцов оборачивается кошмаром для командующего и требует очень высокого качества управления. Успешно задействовать ещё больше людей — почти чудо. Вот, кстати, на прощание ещё один исторический пример. В начале нашего 19 века Наполеон, известный как один из величайших полководцев в истории, перевёл через границу Российской Империи почти 400 000 солдат. Пройдя через череду относительно мелких стычек, он дошёл до Бородино, где выставил для генерального сражения менее 140 000. Остальные… Нет, разумеется, они не погибли в полном составе. Но — не дошли.
А теперь обнадёжу тех, кто дочитал до сюда и не заснул. Дальше надеюсь взяться за стратегию, так что будет веселее! Как обычно, плюсуйте, минусуйте и пишите, какой автор невежественный человек. Любой позитивный коммент поднимает шанс, что следующая статья вообще выйдет, а негативный — что в другой раз я буду больше стараться и напишу меньше откровенной чуши! Всем удачи и виртуальных побед!
В продолжение темы о численности армий попробую разобрать вопрос со снабжением. А именно, сколько и чего наши бравые воины едят и пьют.
