Судьбы кораблей, как и судьбы людские, незримо, а порой и просто мистически связаны между собой. Объяснить эту непонятную взаимосвязь не может сегодня никто, а поэтому нам остается лишь выстраивать череду невероятных совпадений, не переставая гадать, кто же все-таки выкладывает зловещий пасьянс таинственных закономерностей и странных параллелей? Одной из самых загадочных и трагических судеб в истории отечественного флота стала судьба одного из первых наших атомоходов К-8.
Атомная торпедная подводная лодка К-8 принадлежала к первому поколению советских подводных лодок с ядерным реактором. Разработка проекта этих субмарин начиналась под патронажем еще самого, недоброй памяти, Лаврентия Берии, а всего атомоходов этого проекта, имевшего индекс 627-А, было выстроено ровно тринадцать штук! Американцы дали лодкам этого проекта свое наименование – «Новембер», а в обиходе за большую шумность прозвали «ревущими коровами». Может, околобериевское зло, может, именно чертова дюжина спущенных на воду лодок здесь виной, но одна из них была явно лишней на этом свете. Одной из тринадцати суждена была страшная смерть…
Все десять лет существования К-8 отмечены непрерывной чередой несчастий. Именно этому атомоходу принадлежала сомнительная честь открытия аварий с ядерным реактором в далеком 1960 году. Тогда огромные дозы облучения получил практически весь экипаж, многие остались навсегда инвалидами, иные и вовсе ушли из жизни в несколько лет. Едва атомную субмарину начал осваивать новый экипаж – еще две аварии с реактором и опять с тяжелыми последствиями. А на одном из выходов в море лодка и вовсе чуть было не торпедировала сама себя. К этому необычному случаю мы еще вернемся, но и это не все! В 1969 году снова с ней едва не происходит трагедия. Во время одного из учебных выходов, при погружении, атомоход получает столь большой дифферент, что только чудо и мастерство командира спасают экипаж от гибели. Ну, а если ко всему этому прибавить, что большую часть своей недолгой жизни К-8 вообще простояла в заводах, ремонтируя бесконечные поломки и аварии, то станет очевидным – из тринадцати «ноябрей» именно она с самого начала была отмечена роком, и время трагической развязки неумолимо приближалось.
Подводники не любили несчастливую «восьмерку». Одни видели причину всех ее бед в некачественной постройке, другие в узком кругу поговаривали и о потусторонних силах. Вспоминали, что при спуске лодки на воду не разбилась традиционная бутылка шампанского, а это явный знак будущей беды. Впрочем, на советском атомном флоте была еще одна несчастная субмарина – ракетный атомоход К-19, прозванный моряками «Хиросимой», за две страшные атомные аварии с большим количеством жертв. И если К-19 получила заслуженно прозвище Хиросимы, то К-8 не менее заслужено можно было бы именовать «Нагасаки»…
Служить на К-8 шли с явной неохотой, уходили же с радостью. Недобрая слава, бесконечные аварии и ремонты оптимизма не прибавляли. Тогда, в шестидесятых, о предчувствиях предпочитали вслух не говорить, но шлейф несчастий с «восьмеркой» был столь очевиден, что ее, попросту говоря, боялись выпускать лишний раз в море. В 1966 году встал вопрос о первом кругосветном плавании отряда атомных лодок. Плавание с Северного флота на Камчатку приурочивалось к XXIII съезду КПСС и должно было продемонстрировать всему миру возросшую мощь советского флота. Но когда кто-то из офицеров-операторов, исходя из чисто тактических соображений, включил в состав отряда К-8, то суеверные адмиралы немедленно вычеркнули несчастливый атомоход – рисковать было слишком опасно. Как известно, тот легендарный поход завершился успешно, а не пошедшая в него К-8 выиграла у судьбы еще несколько лет жизни.
Но, как оказалось, у советского атомохода был свой американский двойник по несчастливой судьбе. При этом, как это и бывает у двойников, каким-то необъяснимым образом, но судьбы двух отмеченных роком атомоходов постоянно пересекались между собой, будто кто-то тщательно спланировал, а затем и претворил в жизнь жуткую драматургию их судеб. Череда невероятных совпадений незримо, но прочно связала воедино две субмарины с самого момента их рождения.
