Вскоре состоялась и вторая встреча… Опытный разведчик Дедюля чуть не присвистнул, когда знакомый незнакомец сообщил подробности: коммерсант Винн встречается в Москве с высокопоставленным советским лицом то ли из Генштаба, то ли из военной разведки. Наверное, его и собирается вывозить. Но еще больше генконсул поразился, когда австриец сумел назвать чуть не фамилию русского офицера — то ли Баньковский, то ли Петровский. Этот неизвестный офицер часто выезжает из Москвы в заграничные командировки, где передает информацию чужим спецслужбам.
Спасенный комиссаром солдат вермахта рассчитался с русскими сполна. Телеграмма особой важности отправилась в Москву в тот же день…»[312]
Впрочем, одно не исключает другого: информация о предателе могла прийти из двух и даже более источников. Факт тот, что в начале 1962 года (личность его была установлена 19 января) в поле зрения контрразведки попал Олег Владимирович Пеньковский, полковник ГРУ, работавший «под крышей» Госкомитета СМ СССР по координации научно-исследовательских работ.
Военные контрразведчики с помощью сослуживцев Пеньковского составили его психологический портрет: человек умный, обладает организаторскими способностями, но честолюбив и тщеславен. Стремится быть замеченным начальством, найти высокопоставленного покровителя. Еще на фронте, оказывая различные услуги семье генерала С. С. Варенцова, Пеньковский сблизился с ним и при его поддержке поступил в Академию им. М. В. Фрунзе; карьере его способствовала и женитьба на дочери генерала Д. А. Га-поновича.
В 1949 году он поступил в Военно-дипломатическую академию, работал в центральном аппарате ГРУ, а в 1955 году был направлен в аппарат военного атташе при посольстве СССР в Турции. Однако в следующем году он был отозван в Союз, а затем уволен из ГРУ «в связи с неудовлетворительным исполнением служебных обязанностей в условиях заграницы, элементами карьеризма и нечестности в личном поведении». Был поставлен вопрос об увольнении в запас, но Варенцов, уже главный маршал артиллерии, помог Олегу Владимировичу не только остаться в армии, но и возвратиться в ГРУ. Тут Пеньковский возмечтал уже о должности военного атташе в Индии, однако его отправили в Госкомитет.
Такая «недооценка личности» и толкнула его на предательство: 20 апреля 1961 года, на конспиративной встрече с представителями английской и американской разведок, он подписал документ об агентурном сотрудничестве.
Работу по разоблачению Пеньковского вело Второе главное управление КГБ, но в разработке принимала активное участие и военная контрразведка, отслеживая «армейские» связи «объекта». Было установлено, что Пеньковский проявляет интерес к информации, которая не требовалась ему по роду его служебных обязанностей. Работая с секретной литературой в отдельном помещении, он закрывался на замок. Когда же пост визуального контроля зафиксировал, как, придя домой в обеденный перерыв, Пеньковский производил на подоконнике манипуляции, напоминающие фотографирование, то сотрудники военной контрразведки установили, что перед тем он посетил библиотеку ГРУ, где взял секретные сборники. В следующий раз его действия по пересъемке материалов были оперативно зафотографированы…
История разоблачения шпиона известна достаточно хорошо. 11 мая 1963 года Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила О. В. Пеньковского к высшей мере наказания; его связник Гревилл Винн был осужден на восемь лет лишения свободы; из СССР были выдворены несколько английских и американских «дипломатов», поддерживавших с Пеньковским шпионские контакты. Главный маршал артиллерии С. С. Варенцов был снижен в чине до генерал-майора и лишен звания Героя Советского Союза. Последнее — уж точно несправедливо.
В 1945–1953 годах в СССР было построено 13 строго засекреченных «атомградов», связанных между собой и Москвой линиями железной дороги, секретными аэродро-мами и надежной секретной связью. В каждом из них решались свои специфические задачи с общей целью создания атомного и водородного оружия и обеспечения приоритета страны в стратегически важных областях науки и техники. Особые отделы, действовавшие на этих объектах — в них назначались наиболее опытные сотрудники военной контрразведки, — курировал специальный отдел Третьего управления КГБ при СМ СССР.
Семнадцатого декабря 1959 года Совмин принял Постановление о создании Ракетных войск стратегического назначения в качестве главного вида Вооруженных сил СССР, а 31 декабря вышел приказ министра обороны с объявлением боевой структуры РВСН.
