Девятого марта 1918 года в мурманском порту с крейсера «Глория» высадился десант английской морской пехоты — 170 человек при двух орудиях; следующий десантный отряд сошел на берег с английского крейсера «Кокрейн» 14 марта, а 18-го со своего крейсера «Адмирал Об» высадились французы… Так началась военная интервенция стран Антанты на Русском Севере. Чуть позже, 5 апреля, во Владивостоке начали высадку японцы и всё те же англичане; в то же самое время, нарушая условия Брестского мира, на территорию РСФСР вторглись германские интервенты, которые уже 17 апреля вели бои на подступах к Донбассу… Через месяц начался мятеж Чехословацкого корпуса, эшелоны которого растянулись по Сибирской железнодорожной магистрали на семь тысяч верст — от станции Ртищево, что близ Пензы, до самого Владивостока.
«Почти одновременно с иностранной интервенцией в России возникло Белое движение, тесно связанное с державами Антанты, которые предоставили бывшим царским генералам вооружение и амуницию. Помимо англичан, в Мурманске и Архангельске высадились американцы, английская армия оккупировала Закавказье. Французы заняли Одессу и Крым. Япония захватила Дальний Восток. Белогвардейцы бурно приветствовали их приход и развязали кровавую Гражданскую войну только после начала иностранной интервенции, поскольку именно интервенты дали им оружие для братоубийственной войны. Так в России воцарились голод и анархия»[68].
«Весной 1918 года, после высадки англо-французских войск в районе Мурманска, мы… поняли, что соглашение между большевиками и союзниками невозможно. Кампания на Севере не могла рассматриваться в качестве независимого эпизода, а только как часть хорошо подготовленного плана союзников, имеющего целью окончательный разгром Центральных держав.
Ленин и Троцкий были убеждены, что экспедиции англичан в Архангельск и японцев во Владивосток на самом деле были направлены против них с целью отстранения от власти», — вспоминал британский разведчик Джордж Хилл[69], пребывавший в то смутное время в России по заданию своей службы.
Но интересно, с каких это пор Россия перешла в разряд «Центральных держав» наряду с Германией и Австро-Венгрией? Да и другое утверждение звучит, скажем так, неуклюже. Конечно, Ленин и Троцкий понимали, что эти «экспедиции» недавних союзников направлены не лично против них, но против режима, установленного победившей партией большевиков, и в особенности против ее внешней политики. Ну да ладно, тут более важно другое: ведущие мировые державы приступили к претворению своего давно уже разработанного плана раздела России. А значит, революция — точнее, республика — должна была защищаться и доказать, что она «чего-нибудь стоит»… Большевики, надо отдать им должное, оказались гораздо прагматичнее Временного правительства, почему и удержали власть.
Еще
Высший военный совет «первоначально состоял из военного руководителя (эту должность с 4 марта по 26 августа 1918 года исполнял «бывший генерал-майор» М. Д. Бонч-Бруевич) и двух политических комиссаров.
«В должности генерал-квартирмейстера штаба фронта должно быть лицо опытное, прошедшее хороший штабной и строевой стаж и зарекомендовавшее себя в войсках хорошей работой в отношении вождения войск. Генерал Бонч-Бруевич совершенно не удовлетворял такому требованию по своей малой опытности: его строевой и штабной стаж был более чем скромен… Возможно ли было такого неподготовленного генерал-квартирмейстера считать опытным в вождении целой группы армий? И возможно ли было поручать ему исполнение такой важной должности… в военное время, когда решается судьба народа и государства?»
