«В 1931 году Леплевский был переведен в Москву, в центральный аппарат, где семь месяцев возглавлял особые отделы Главного управления госбезопасности НКВД. Именно под его непосредственным руководством и с его участием военные контрразведчики чинили расправы над известными со времен Гражданской войны военачальниками — Тухачевским, Якиром, Корком, Уборевичем и другими…
В апреле 1938 года Леплевского арестовали по тем же кошмарным обвинениям, которые он сам предъявлял сотням и тысячам: его обвинили в участии в антисоветской троцкистской организации, сделали из него руководителя враждебного “заговора НКВД на Украине”».
«Незадолго до окончания следствия я был свидетелем следующего разговора, происходившего в кабинете начальника 8-го отделения экономического управления М. И. Гая.
Докладывая Гаю о показаниях кого-то из подследственных, Счастливцев высказал сомнения в их правдивости. Поскольку допросы проходили в Свердловске, Счастливцев высказал предположение, что показания эти даны под нажимом Успенского. При этом он приводил ряд доводов, на основании которых у него эти сомнения возникли.
— Брось трепаться, — сказал Гай. — Успенский знает, что делает, он опытный оперативник.
Гай махнул рукой, показывая тем самым, что разговор окончен».
На принадлежность к Экономическому управлению стоит обратить особое внимание. Ветеран и историк органов ВЧК — ОГПУ — НКВД Б. И. Гудзь[162] свидетельствовал, что данное управление ОГПУ изначально явилось инициатором и рассадником всех сфальсифицированных, «липовых», как их тогда называли, дел. «Дела по всем этим процессам вело Экономическое управление; даже по ложным обвинениям меньшевиков — а ими занимался Секретный отдел, было там специальное отделение — дело вело это управление. Видимо, здесь аппарат и, соответственно, руководство оказались самыми неустойчивыми — вот и лепили дела, очень далекие от правдоподобия, добиваясь от обвиняемых показаний под диктовку»[163].
Первым из сфальсифицированных дел стало так называемое «Шахтинское дело», затем якобы был выявлен шпионско-диверсионный подпольный центр, получивший наименование «Промпартия»…
К числу первых «громких» дел 1930-х годов относится также операция «Весна», начатая на Украине по инициативе председателя ГПУ УССР и полномочного представителя ОГПУ В. А. Балицкого и начальника СОУ ГПУ УССР и Особого отдела Украинского военного округа, уже названного выше Израиля Моисеевича Леплевского — будущего руководителя Особого отдела ОГПУ.
Вообще тема фальсификаций и неразрывно связанных с ними репрессий — сложнейшая и неоднозначная, к тому же еще до крайности политизированная. Например, историк и ветеран спецслужб А. Б. Мартиросян[164] склонен видеть заделом «Весна» реальный заговор военных, однако не пострадавших в итоге военспецов — бывших офицеров императорской армии, но «прославленных героев Гражданской войны», которым «бывшие» очень мешали на их карьерном пути. Версия хотя и очень смелая, но не лишенная оснований.
