– …В местных условиях плодится в неимоверных количествах.
– Потрясающе!
– Чайник готов?
– Все жизненные соки у нормального человека выпивает.
– Обалдеть!
– Хлеба нарежь.
– А где мясо?
Рома, кажется, все-таки не выспался, потому как, судя по интонациям, весьма раздражен:
– Повторяю-таки вопрос: кто слямзил мою ложку?! – Брезгливый, однако, человек этот Рома: никак чужой ложкой лопать не может. Оно и понятно: мытье ложек чаще всего сводится к их тщательному облизыванию.
Но Ромины мелкобуржуазные вопросы никого не волнуют.
– А мясо – в чеченском Смольном[4], нах.
– Ну ладно, – бурчит Рома, накидывая на себя куртку, – схожу тушенку принесу.
Эту фразу, которую Рома произнес весьма тихо, все почему-то расслышали четко:
– Тги банки!
– Ну нах, больше тащи!..
Пустая гречневая каша хоть и необычайно полезна, но насытиться ею – ну никакой возможности, а каждый день, да через день, этот деликатес попросту вызывает отвращение и стойкую неприязнь. Многие бойцы кашу просто выкидывали. Страшно представить: а если бы каждый день черной икрой кормили?
Кстати, эта мысль совершенно недалека от истины. Рассказывали: в одной из центральных группировок на складах находилось неимоверное количество консервов «Язык говяжий»; так со временем на этот вкуснейший деликатес никто спокойно и без содрогания смотреть не мог, не то что кушать. А многие отряды снабжали так называемой «красной рыбой» – «Килька в томатном соусе». По возвращении домой бойцы устраивали довольно шумные скандалы своим женам, неосторожно купившим эту «рыбу» на ужин.
Удивительно, но если солдатам срочной службы в малых количествах попадались подобные славные продукты, никто от них нос не воротил: неприхотливый, однако, народец, крепкий. Правда, странно – со временем все без исключения неважно что откушивавшие бойцы начинали страдать различными заболеваниями желудка, печени, поджелудочной железы…
– О, Рома, привет! – свидетельствует свое почтение всегда улыбчивый Ваня Буцак, стоящий на сутках у отрядной вещевой палатки. – Как жизня?
– Пучком, – отвечает Роман, уже войдя на склад. – Тушенку взять надо, жрать-таки хотца. Тут у нас ложки в запасе есть?
– Вон в том ящике.
Рома парень запасливый – решил взять две штуки.
– Сколько берешь? – На складе появился Топорков собственной персоной, тоже набирает. Решил напомнить о лимите: – На рыло по одной банке! А то, смотрю, ни одной сгущенки не осталось…
– На твое рыло и одной хватит, а мы уж как-нибудь с солдатами, – распихивая разные консервы по карманам, отвечает Роман.
– Ты как разговариваешь…
– …С подпорруччиком! – Рому от раздражения и хронического недосыпа начинает пробирать нервный мандраж – бывает такое: изначально Костя вызвал у Ромика неприязненные чувства. «Неправильный» человек этот Топорков, что тут поделаешь, ну всюду свой нос засунет, только не в боевой выход. Вероятно, из подобных людей и получаются «неправильные» генералы.
– Ах ты, козел!
– Вошь обыкновенная!
Последующие малопонятные фразы можно и не приводить: на этом разговорный литературный материал в данном диалоге закончился.
Если бы не физическое вмешательство малорослого, но шустрого Вани, втиснувшегося между ними, два российских милиционера нанесли бы друг другу как минимум легкие телесные повреждения, вследствие чего какой-нибудь ответственный участок борьбы с экстремизмом был бы на некоторое время оголен.
Выходя из палатки, Рома краем уха услышал:
– Вань, а куда пряники-то спрятали?..
Как ни странно, многим в отряде Костя Топорков был как-то абсолютно по барабану; тем не менее все бойцы слаженно «сочувствовали» Роме, когда разговор заходил «об этом козле».
Похоже, пора бы дать описание скромного героя нашего времени – ленского милиционера Вани Буцака.
Итак, Буцак: отличный парень, веселый, хороший товарищ, смел, находчив, возраст – 26 лет, звание – старшина, вес – 69 кг, рост 160,5 см, заядлый рыбак, когда-то был холост. Детали чисто славянского лица можно и не описывать – просто Ваня. Разве что когда улыбается, на левой щеке образуется детская ямочка; особо падки на нее бывают наивные девушки высокого роста, чем он успешно и пользуется.
В свое время, когда Ваня поступал на службу в милицию, при прохождении медкомиссии ВВК при измерении роста незаметно встал на цыпочки – таким образом и приподнял себе нижнюю планку границы отсева по росту.
Есть при ВВК и Центр психофизиологической диагностики, где кандидаты на службу проходят различные тесты: отвечают на сотни вопросов, рисуют елочки, квадратики, кругляшки, треугольники. По результатам рисунков определяется интеллектуальный уровень: «слабый» или «сильный». Ваня оказался «сильным». Сильным во всех отношениях.
