Руководителей Германии больше всего беспокоил вопрос о законности прихода Гитлера к власти. Они прекрасно понимали, что если нацисты устроят путч, то получат со стороны основной массы народа отпор, а это приведет к гражданской войне, в исходе которой тогдашние хозяева Германии не были уверены. Впрочем, это понимали и сами нацисты. Страна бурлила. По всей Германии проходили организованные КПГ (коммунистическая партия Германии) многотысячные митинги, число участников которых нередко превышало 100 тыс. человек. Под красными знаменами и лозунгами: «Долой фашизм!», «Не допускать Гитлера к власти!» народ требовал преградить нацистам дорогу к власти. В этой обстановке для Гитлера и его сторонников чрезвычайно важно было заручиться поддержкой рейхсвера (армия Веймарской республики). И тот не обманул ожиданий нацистов. В январе 1933 года было достигнуто соответствующее соглашение между Гитлером и рейхсвером[31]. От лица армии его подписали сторонники нацистов генерал В. фон Бломберг и полковник В. фон Рейхенау. Гитлер обещал генералам ускорить процесс вооружения Германии и обеспечить армии привилегированное положение в «новом государстве», а рейхсвер гарантировал ему свою поддержку как в приходе к власти, так и в последующей расправе с демократией. Таким образом, Гитлер в решающую минуту смог опереться на тех генералов рейхсвера, которые в последние годы стали сторонниками нацистов, и нейтрализовать других, группировавшихся вокруг тогдашнего канцлера генерала К. фон Шлейхера, которые относились к нацистам с известной долей осторожности и, уж во всяком случае, не разделяли их идеологии. Вместе с тем следует отметить, что в эти последние месяцы существования в Германии демократического строя Шлейхер (он возглавил правительство в конце 1932 года) вел довольно хитроумную игру. С одной стороны, он явно пытался заигрывать с нацистами, а с другой — искал союзников среди других реакционных партий (центристы, националисты и прочие). Сам же канцлер поддерживал тесный контакт с Гитлером. К началу 1933 года он, потерпев неудачу в своих интригах, окончательно пришел к выводу, что ему пора уступить место Гитлеру. Давление руководства рейхсвера на президента Гинденбурга сыграло не последнюю роль в назначении Гитлера канцлером. Это произошло 30 января 1933 года, когда президент подписал указ о назначении Гитлера рейхсканцлером Германии и поручил ему формирование правительства. Вице-канцлером в новом правительстве стал Ф. фон Папен, военным министром — Бломберг, министром внутренних дел — В. Фрик, министром без портфеля и рейхскомиссаром Пруссии — Г. Геринг, министром иностранных дел — барон К. фон Нейрат и т. д. Торжественное единение Гинденбурга, генералов и нацистов произошло 21 марта 1933 года на специально организованной церемонии в Потсдаме[32]. Там, в гарнизонной церкви, у гробницы Фридриха II, в присутствии высших чинов государства и рейхсвера, депутатов рейхстага, отставных генералов и фельдмаршалов кайзеровской армии престарелый президент зачитал декларацию, в которой подтвердил, что призванный им к власти Адольф Гитлер пользуется его полным доверием. Гитлер ответил ему выспренной речью. Потом президент и рейхсканцлер спустились в усыпальницу короля, кумира прусской военщины, чтобы «почтить его память». Так «день Потсдама» стал символом единства Гитлера и генералов. Через несколько месяцев, выступая перед членами «Стального шлема», Гитлер сказал: «Все мы прекрасно знаем, что если бы армия не стояла на нашей стороне, то мы не были бы здесь»[33].
Первое знакомство Гитлера с высшим командным составом рейхсвера произошло 3 февраля 1933 года, т. е. уже на пятый день после его вступления на должность главы правительства. По случаю дня рождения министра иностранных дел Нейрата главнокомандующий рейхсвером генерал пехоты барон Курт фон Гаммерштейн-Экворд пригласил рейхсканцлера Адольфа Гитлера на обед, данный командованием армии в честь именинника. Приглашенные гости съехались на Бендлерштрассе, где находился особняк генерала. Здесь Гитлеру был представлен весь высший командный состав вооруженных сил — генералы и адмиралы рейхсвера. Затем в строгом порядке, по старшинству, генералы и адмиралы разместились за столом. Ровный ряд сверкающих золотом погон, блеск традиционных моноклей, прусская чопорность… Обед продолжался довольно долго, и германские военачальники имели достаточно времени, чтобы не только хорошо рассмотреть, но и послушать нового рейхсканцлера. Более двух с половиной часов Гитлер развивал перед ними основы своей будущей политики[34]. Сначала он заметно волновался перед генеральской аудиторией, но довольно быстро освоился. Говорил фюрер нацистов долго, горячо, напористо, иногда даже несколько сумбурно. Генералы слушали молча, как и подобает почитающим субординацию старым служакам. Многие из них, сидевших в тот хмурый февральский вечер за праздничным столом, были наслышаны, как начиналась политическая карьера этого человека, выступавшего теперь перед ними в роли главы правительства.
