А что на другой стороне проспекта (напоминаю — Вернадского, а не Гагарина)? А там, если от моего дома смотреть, два здания, одно — торцом, второе — вдоль, причем второе очень сильно повреждено, окна вдребезги, даже балконы вынесло. Там до сих пор не убрали обломки. Дальше — маленькая улица, на ней — продовольственный, но очень паршивый, и «Ева» (работает). Еще в торце дома — банкомат, но его давно не включали.
А через дорогу — «Класс». Это действительно удача, что его успели открыть. В нем несколько магазинов, внутри и снаружи, включая такие нужные, как французская косметика (уже писал об этом). Кофейня, аптека, пиво на вынос, банкоматы. И — продовольственный, самый лучший в округе. Недостаток — только часть касс принимает карточки, поэтому почти всегда большие очереди. Возле магазина — еще одна кофейня.
Упоминаю я только работающие «точки». Таков мир, если пойти от подъезда налево.
Хватит географии, надеюсь?
Фотография довоенная.
Каждое утро ждешь, что будет тихо, только обычный «фоновый» городской шум. Ждал и сегодня. Нет, стреляют и стреляют. Артиллерия, вроде бы наша.
Я знал, что война будет, и что она продлится долго. Но в глубине души все-таки ждешь чуда. Но для этого чуда мало ленд-лиза, который бог весть когда еще наладится в полной мере. На жирных европейских коротышек я не надеялся, но поляки, но литовцы… Ладно, что душу травить!
Из слухов. На 9 мая Пуйло объявит войну против нашествия двунадесяти языков и начнет всеобщую мобилизацию. Слух и есть слух, оценить вероятность такого даже не берусь. С точки зрения здравого смысла — нельзя, однако Пуйло правит в Стране Дураков. Но показательно в этом смысле, что Беларусь открыто на вторжение не решилась. Увидим.
Похолодало пару дней назад, причем сильно. И теплеть пока не собирается. Какая холодная весна!
Во Львов приехала Анжелина Джоли — по делам беженцев. Ничего против нее не имею (ух-х!), но чем она может помочь? Внимание привлечь «мирового сообщества»? Объяснить нашим волонтерам, как ставить палатки? Концерт организовать? Деньги-то можно и по почте перевести. И — Львов? Почему бы не в Харьков?
Мой знакомый, начавший выращивать грибы, собрал урожай и тому рад. Грибы сами по себе не слишком питательны, требуется их засушить, а потом истереть в порошок, дабы проявились их питательные свойства, но… Почему бы и нет? Тоже занятие, особенно в такое время.
Просматривая местные новости, поневоле думал о том, в чем, прежде всего, нуждается Харьков? Да, в аптеках, но более всего — хоть в каком-то транспорте. Все-таки за два месяца можно было что-то организовать. Да хоть маршрутки.
Вечер тихий. Вроде бы ничего не грохочет. Пока, ясное дело.
Очередные сообщения о дерусификации, в том числе по Харькову. Обещали переименовать Московский проспект (тогда уж и Белгородское шоссе!) Ясное дело, не будет больше скульптур на мосту на том же проспекте, поставленных в 1956 году. Одну из них я всегда поминал на лекциях — «Русский держит украинца, чтобы тот не убежал».
А я бы разобрался с памятниками «Великой отечественной» и со всем, что с ней связано вообще, оставив бы то, что действительно является памятью, прежде всего, о погибших. А вот всякую «славу» привел бы в должный вид. Как раз в этом отношении и Европа, и США могут служить примером.
Впрочем, все это будут решать и совершать уже следующие поколения.
Тихо. Даже как-то подозрительно тихо.
Денюжки, как я люблю вас мои денюжки!
Группа талантливых писателей решила поддержать Украину в ее борьбе. Как? Продать сборник своих старых произведений, переведенных на французский язык(!). Как это поможет? Понятия не имею. Доход велик не будет, проще с собственного счета снять деньги и отдать волонтерам. Агитация и пропаганда? Произведения старые с обычном жанре «про любовь как ногу оторвало». Впрочем, чего я это? Ключевое слово — «продать». И этим все сказано. Заодно надеются въехать в европейский «рай», чтобы их книги покупали жирненькие аккуратненькие человечки. Кому война, кому мать родная! Купите книжечку, мы так страдаем, так страдаем! Неинтересно? Так это же ради Украины! И как такое назвать? Мягко говоря, сопрофиты.
Это они, а я? Ну, я не великий писатель, поэтому начал собирать по дому лекарства. У народа оказалось много излишков, главное, чтобы не просроченные. Соберу — отдам волонтерам, вдруг пригодится.
Война, понимаете ли.
Май, уже май. На улице — плюс четыре, тучи, но все-таки май, месяц Робин Гуда. Мне май всегда очень нравился, особенно начало.
Война все длится и длится. С ее начала прошла целая жизнь, все изменилось, причем безвозвратно. Но анализировать ничего не хочется, может быть, потом.
Что интересно. Куча друзей-приятелей отсеялась, причем некоторые уж точно таковыми перестали быть, но с оставшимися общаюсь регулярно. Сейчас раннее утро, а уже с двумя переговорил.
