Я должен был вывезти её из страны, привезти в Москву и отправить оттуда самолетом во Францию. В небольшом французском городке Страсбурге (французы называют его Страсбур) у Шафи жили старые друзья. К ним на некоторое время он и решил отправить свою дочь. Конечно же, это можно было сделать и через дядю Ахмада, тоже очень старого друга. Но полное имя дядюшки Ахмада было Ахмад — Шах Масуд. Был он одним из самых богатых людей в провинциях Парван и Каписа. Владел землями в Панджшерском ущелье (правда, ещё до апрельской революции), алмазными копями (уже в наше время) и руководил по совместительству самой крупной в нашем регионе бандой моджахедов. Если быть более точным, банда эта больше походила на регулярные войска. Численностью, вооружением и дисциплиной. Можно было переправить Лейлу во Францию и через него. Тем более что на его территории в Панджшерском ущелье постоянно работало два полевых госпиталя с французским медперсоналом. Но этот путь лежал через Пакистан, через враждующие банды. Зоны, где велись боевые действия. А значит, был достаточно опасным. Шафи не хотел лишний раз рисковать.
Поэтому и выбрал самый простой и надежный способ эвакуации — через месяц-другой я должен был ехать в Союз в очередной отпуск за 1987 год. Захватить с собой Лейлу. И обеспечить её безопасность. Шафи к тому времени должен был сделать все необходимые документы. После этого можно было спокойно заниматься Анваром, Шер-шахом, самим шайтаном.
Всё встало на свои места. Шафи передает мне очередную шифровку. Она тут же перекочевывает в гранатный подсумок и ложится на своё место между двух гранат Ф-1. Предохранительная чека одной из гранат располагается, как обычно, снаружи гранатного подсумка — своеобразная гарантия того, что шифровка не попадет в чужие руки. Для этого, в случае опасности, почтальону Печкину достаточно лишь дёрнуть за колечко. Дверка и откроется. Письмо улетит по новому адресу. В рай или в ад, то ведомо лишь аллаху. Улетит вместе с почтальоном Печкиным. Но об этом думать почему-то не хочется.
Мы прощаемся. У ворот крепости стоят Лейла и Хуай Су (Ослик получил свое имя в честь одного известного древнекитайского художника). Лейла вышла попрощаться. Худенькая, как тростиночка, девушка-подросток протягивает мне на прощание свою руку и раздельно по слогам произносит:
— До сви-да-ния, Серь-ожа!
Глаза её искрятся от удовольствия. По всему видно, что эту фразу Лейла зубрила не один день.
— До свидания, Джуй! — Я аккуратно пожимаю кончики её пальцев.
Хуай Су мой старый приятель, сколько раз катал меня на своей спине на Тотахан. Лейла знала, что мне будет приятно его увидеть. И я действительно очень рад. Думаю, что если бы на вершину Тотахана я возил бы Хуай Су на своей спине, а не наоборот, ослик тоже был бы рад меня видеть. Какие чувства он сейчас ко мне испытывает, сказать сложно. Но маленький хвостик его приветливо раскачивается, и губы Хуай Су тянутся к моим рукам. В кармане моей штормовки всегда лежит несколько сухариков для него. Не забыл, маленький разбойник!
Тереблю его за уши. Глупый, я бы на твоём месте спрятался сейчас где-то на самом дальнем винограднике. Прикинулся бы ветошью и не отсвечивал. Но кто не спрятался, тот виноват. Тому сегодня снова придется везти лихого красного командира на своей спине. На самую вершину Тотахана.
Многие считают, что они держат богов за… Некоторые части тела, скажем так. Боги — большие шутники. Иногда они позволяют людям так думать. Но потом, когда им это надоедает, они ставят людей на место. Через боль, унижения, страх и одиночество.
Другое дело, когда ты родился в рубашке. Когда ты ходишь у богов в любимчиках. Тогда тебе многое позволяется. И многое прощается.
Я чувствовал себя настоящим любимчиком богов. Родившимся в рубашке, обласканным и счастливым. А как же иначе? Я действительно был любимчиком богов, раз меня не застрелили в первую же минуту. Меня не били, и даже не обыскивали. Это было просто фантастикой! Привыкли, что наши офицеры ходят с автоматами, пистолеты с собой не носят. О гранатах видно просто не подумали. Они только стащили меня с Хуай Су, осмотрели мою медицинскую сумку и приказали следовать за ними.
