– В этом и состоял предмет спора. В рамках контекста, это, по-видимому, означает некую разновидность Валгаллы. Арманд Хэлли, выдающийся исследователь творчества Кэндлза, считает это классической ссылкой на лучшее прошлое, на тот мир, в котором Сим, по его словам, предпочел бы жить.
– В таком случае странно использовать название места или термин, которого никто не понимает.
– Поэты все время так поступают, Алекс. Это дает возможность читателю проявить свободу воображения.
– Конечно, – проворчал я.
На востоке уже светлело. Я чувствовал себя усталым, но всякий раз, стоило закрыть глаза, как меня тут же одолевали вопросы. Имя Оландера казалось мне знакомым, хотя я не мог припомнить, где слышал его раньше (если вообще слышал).
И самой главной загадкой оставался вопрос: что видели Хью Скотт и остальные люди с «Тенандрома»?
Я рассеянно перебирал кристаллы, принесенные из библиотеки Совета, выбрал один и вставил в считывающее устройство Джейкоба.
– Волчки, сэр? – спросил он.
– Да, – ответил я. – Предполагают, что Скотт улетел к Хринвару. Давай посмотрим, каким его видел Сим.
– Уже поздно, Алекс.
– Знаю. Пожалуйста, включи запись.
– Если ты настаиваешь. Чтобы прерваться, тебе нужно всего лишь снять с головы обруч.
Я уселся в удобное кресло, вынул из ящика пульт управления и вставил вилку в розетку Джейкоба.
– Программа снабжена комментарием. Ты хочешь, чтобы я участвовал?
– Думаю, в этом нет необходимости.
Я приладил обруч и включил аппарат.
– Начинаю, – произнес Джейкоб.
Женский равнодушный голос спросил, как меня зовут.
– Алекс.
«Алекс, закройте глаза. Когда вы их откроете, то будете уже на борту корабля “Полина Стейн”. Хотите получить подробное описание хода войны на данный момент?»
– Нет, спасибо.
«“Стейн” будет выполнять функцию руководства всей операцией во время этого полета. Хотите участвовать в наземном рейде или предпочитаете передвигаться на флагмане?»
– На флагмане, – ответил я.
«Алекс, сейчас вы находитесь на борту “Стейна”. Данная программа построена так, что позволит вам просто наблюдать за боем, как он реконструирован по имеющимся свидетельствам. Или, если хотите, у нас есть другие варианты. Вы можете принять командование одним из фрегатов, даже взять на себя обязанности главнокомандующего и руководить стратегией операцией, и, таким образом, возможно, изменить ход истории. Какой вариант предпочитаете?»
– Буду наблюдать.
«Отличный выбор».
Я очутился в носовой кабине корабля, оборудованной несколькими боевыми дисплеями. В невидимых динамиках звучали голоса. Подо мной находился мостик, и я мог наблюдать за всеми передвижениями на нем. Крупный человек с седой бородой занимал центральное кресло. Его лицо было повернуто в другую сторону, и я видел лишь поблескивание золота на его мундире. Поза и голос выдавали в нем командира. Слышались тихие, лишенные эмоций голоса.
Я сидел на вертящемся стуле внутри пластикового пузыря. Темный пейзаж плыл под нами и вокруг нас, мрачно озаряемый вспышками молний. Не было ни звезд, ни неба, ни в привычном смысле слова освещения. Жуткое место. Я радовался прочности корабля, голосам, пультам управления, площадкам для кресел, они придавали мне уверенность. «Мы находимся в верхних слоях атмосферы газового сверхгиганта Мазипол, – сказал комментатор. – Шестая планета системы Уиндайна. Цель перелета – одиннадцатая луна Мазипола, Хринвар, орбита которого находится на расстоянии трех четвертей миллиона километров от планеты. Хотя ашиуры не ожидают нападения, в этом районе имеются крупные соединения их флота».
Время от времени сквозь то, что я считал разрывами в облаках, проступали серебряные и зеленые полосы света, а также широкая светящаяся арка, которая, казалось, движется вместе с нами. Затем все пропадало, и вокруг нас смыкался вечный мрак.
«Кольца планеты, – объяснил комментатор. – Мы выходим на орбиту. Скоро они станут видны полностью».
И, действительно, через несколько секунд среди сюрреалистического облачного пейзажа запрыгали тени, появились острые углы протуберанцев и с десяток сверкающих лент.
Было похоже на радужный сказочный мост, переброшенный через звездные поля и соединяющий края горизонта. Алые, желтые и зеленые доски покоились на широких фиолетовых опорах. Синие и серебряные ленты переплелись, усиливая иллюзию незыблемости этой небесной арки.
У самого края горизонта на севере и юге разбросано несколько звезд. Два съежившихся солнца были едва различимы в этом сиянии. «Кореофоли и Уиндайн, – сказал комментатор. – Названы Волчками за высокую скорость вращения. Между прочим, мы находимся на краю рукава, который обращен наружу от Галактики. Это точка самого глубокого проникновения Сима в пространство ашиуров.
Флот Кристофера Сима состоит из шести фрегатов. Сейчас у него возникла проблема: его корабли вышли из гиперпространства восемь часов назад, и двигатели Армстронга находятся пока в нерабочем состоянии. О двигательных системах деллакондцев известно мало, но, в лучшем случае, Симу придется выждать большую часть дня, прежде чем он сможет снова вступить в бой. А у него нет времени ждать».
