— Важно не то, откуда мы едем, а то, что встречается нам на пути, — поправил меня мужчина. — Иногда достойным можно обратиться к духу, получить ответы или попросить. Но те, кто не слышат — не обречены. Всегда можно прокладывать свой путь словно верблюды по пескам, достигнуть невозможного и возродить заветы предков.
Старик в белом, приютившийся рядом с Тайво, едва слышно произнес что-то губами, и я смог разобрать лишь "…ал. деть, клоун".
— На фестиваль что ли направляетесь, в Момбаса? — беззаботно уточнил я. — Так бы сразу и сказали.
— Ха, ну тогда и на фестиваль заедем, — улыбнулся лицо со шрамом. — Такое событие, его никак нельзя пропускать.
— Вот, то-то вижу, у вас всех такие необычные одеяния, — с интересом в голосе ответил я, — будете номер какой показывать? Там, говорят, много артистов и людей культуры будет со всех концов Африки.
— Да, можем и номер показать, — согласился Тайво.
— Фейерверки какие-нибудь? — начал вызнавать Леший — Они редко бывают.
— Нет, что вы, — разуверил нас караванщик. — Мы таким не занимаемся. Много шума и слишком ярко. Можем показать… ну, скажем, номер с исчезновением, или распилить кого-нибудь в ящике. В караване таких трюкачей много.
— Хе-хе, — раздались слегка приглушенные смешки со стороны бильярдного стола.
Тем временем Тайво продолжил:
— Вот вернутся Тафари и Абрафо, и можем продемонстрировать. Интересно?
— Не особо, — равнодушно ответил Игнат.
— Ага, я как-то больше кино люблю, чем театральщину или трюки всякие, — с энтузиазмом поддакнул я. — Может, у вас фильмы есть в продажу? Я бы пару дисков купил.
— Ну и ладно, — сдался Тайво. — А фильмов у нас нет. Не занимаемся таким, но могу подсказать специалиста в Найроби.
— Не нужно, — парировал Леший. — Ладно, хрен с ним с кофе. Не дождешься. Мы тогда в деревеньку неподалеку заглянем, там машину поищем. Может, повезет. Спасибо за беседу. Я только своих бойцов предупрежу, что все в порядке.
Я бросил короткий взгляд на помещение. Позиции караванщиков не изменились. Тайво сидит за столом и расслабленно смотрит на Лешего, ожидая нашего ухода. Бармен на своем месте копошится с посудой под барной стойкой, точнее не разглядеть.
Двое из ларца посматривают на расположение шаров на бильярдном столе, которых к слову стало ненамного меньше. Лишь старик в синем тюрбане сверлит нас едким взглядом. Да откуда ж тогда запах благовоний? Может, за барной стойкой жгут? Нет, вряд ли. Я не успел додумать, когда Игнат поднес рацию ко рту и произнес:
— Прием, Леший на связи. Код четыреста четыре. Коне…
Мое тело среагировало еще до того, как Леший закончил фразу. Я поднял дуло пистолета-пулемета и нажал на курок. И озарилась вязкая тьма вспышкой. И грянул гром.
Глава 26
Короткая очередь, и тело Тайво безжизненной куклой откидывается назад на ковер, а мое оружие уже направлено на приоритетную цель — бармена, который пытается достать что-то из-под стойки. Но опаздывает на два удара сердца, и его собственный ритм жизни прерывается вместе с пробитым пулей глазом.
Рог смерти ищет новую жертву, но несколько щелчков «Свирели-Б» уже успели собрать жатву. Четыре трупа, и Леший на колене целится в невозмутимого старца в синем тюрбане. Тишина после бойни подобна уединению в последнем пристанище скандинавского бога Видара, что править будет землей после гибели мира. Но одним из судей в день последний Святой был… тьфу, какая чушь в голову лезет.
Я прижал палец к губам, показывая старику не шуметь, но тот никак не отреагировал, не обращая на нас внимание. Игнат лишь повернулся ко мне и жестом показал двигаться дальше к лестнице. Сам же командир быстренько спеленал не сопротивляющегося старичка в ковер и перевязал его какой-то веревкой. У нас есть маленькое окно времени, так что не стоит тормозить.
Я подошел к лестничному проему и быстро отклонил корпус вправо, оценивая обстановку. Чисто, что я и показал командиру. Мы оставили старика позади, что на самом деле являлось ошибкой, но с приказами не спорят.
Двойкой мы двинулись вверх по лестнице, благо она была отгорожена от этажей стенкой, которая скрывала тех, кто поднимался или спускался до тех пор, пока они фактически не появлялись на этаже. Когда до второго оставалась пара шагов, то послышался грубоватый выкрик:
— Тайво, кофе тащить или вы все?!
Я не был ниндзя или синоби, поэтому не сомневался, что услышать двух военных в выкладке, поднимающихся по лестнице, не составляет труда. Тем более учитывая тишину в холле внизу. Однако большинство здесь носило берцы, так что наши тихие шаги не восприняли как опасность или штурм.
Да и шум внизу не мог не привлечь внимания ушедших караванщиков: бесшумное оружие является таким только de jure, глуша звук, но не устраняя его полностью. Но при этом качественный глушитель убирает искры и пламя при выстреле, так что в ночных условиях он незаменим.
