Мысль была слишком здравой, чтобы пытаться ее опровергнуть. Аполлон погрустнел.
— Да ты не расстраивайся! — захохотал Дионис. — Чудак, мы переживем еще сотню поколений этих людишек. Разговор сейчас совсем о другом. Или тебя больше не интересует Афо?
— Еще как интересует! — откликнулся Аполлон. — Я хочу ее словно кобель, истекающий по сучке. Что ты еще узнал об этом многоликом мерзавце?
Дионис пригубил четвертый по счету ритон.
— По словам Пана, Афо немного поговорила с ним, а затем они отправились гулять по роще. Когда же вернулись обратно, туника Афо была испачкана зеленью, а сама она светилась подобно Эос.
— А твой Козел, случаем, не врет?
— Какой смысл? Кроме того, он доверяет мне. — Дионис ухмыльнулся. — Ведь я единственный его друг. Да неужели ты сам не заметил, что в выражении лица Афо появилось что-то новое?
— М-да, — задумчиво выдавил Аполлон. — Она стала еще прекраснее. Я думал, это из-за весны.
— Весна! — с сарказмом воскликнул Дионис. — Для нее весна круглый год! Это любовь.
Аполлон решительно отправился во дворец.
— Эй, ты куда?
— Возьму лук и отправлюсь в священную рощу. Сниму с этого умника шкуру.
— Ну-ну…
Было в тоне Диониса что-то такое, заставившее Аполлона остановиться.
— Что тебе еще известно?
— Наоборот, неизвестно, — сообщил бог веселья, внимательно разглядывая обломанный ноготь. — Пан не знает, где он живет. С тех пор он лишь однажды приходил в рощу. Афо встречается с ним где-то в другом месте.
— Вот незадача!
Дионис поднялся и подошел к Аполлону. Стало еще заметнее насколько они похожи. Боги были примерно одинакового роста и телосложения. Лицо Аполлона было красивее, Диониса — выразительней.
— Ладно, любовник-неудачник. Я подарю тебе еще одну тайну. Надеюсь ты не забудешь о моих услугах!
— Я памятлив! — заверил Аполлон. — Говори!
— Только что я говорил с Паном и тот сказал мне, что Ясон-Диомед сегодня будет во дворце. Он договорился о встрече с Громовержцем, и тот разрешил ему воспользоваться своим личным каналом связи.
— Ого! Судя по всему это важная птица. Неплохо бы посмотреть на него.
Аполлон вопросительно посмотрел на своего сообщника, тот снисходительно улыбнулся.
— Что бы ты без меня делал! Иди за мной.
Дионис убрал в ничто бочку и прочие аксессуары винопития и они вошли в полумрак дворца. По пути им встретилась тень повара Тантала. Аполлон попытался пнуть ее обутой в золотую сандалию ногой.
— Сколько тебя можно ждать, мерзавец!
Но нога провалилась в пустоту и бог света едва не растянулся, вызвав смех Диониса.
Они забрались на верхний этаж дворца. Здесь в небольшой комнатке сплетничали три нимфы, наложницы Зевса.
— Брысь, потаскушки!
Нимфы с визгом упорхнули. Дионис плотно притворил дверь, привалил ее тяжелым дубовым столом, а для верности окружил стены силовым полем небольшой мощности.
— На случай, если попытаются пробраться тени, — пояснил он свои действия.
— Они служат Зевсу? — словно невзначай, поинтересовался Аполлон.
— А кто их поймет. — Дионис поймал недоверчивый взгляд бога света и решил на этот раз быть честным. — Многие работают на меня, но я не могу поручиться, что они же не бегают с доносами к Афине или Гере. Сикофанты-любители!
Дионис поколдовал над одной из мраморных плит, после чего легко сдвинул ее. Под плитой оказалась ниша.
— Полезли. Но только веди себя тихо.
Ниша оказалась длинной каменной трубой. Кое-где ее дно испещряли небольшие, в монету размером, дырочки и тогда Аполлон слышал неясные звуки.
Наконец Дионис остановился и повернул голову.
— Мы на месте, — шепнул он и указал пальцем вниз. — Смотри.
Аполлон приставил глаз к отверстию. Под ним были личные апартаменты Громовержца. Таинственный гость уже прибыл. Он и хозяин сидели за столом друг против друга и негромко беседовали. Судя по выражению лица Зевса, разговор был не из приятных. Увидеть лицо гостя мешал пепельный шар, подвешенный под потолком.
Томительно тянулись мгновения. Аполлон уже начал терять терпение, но в этот момент таинственный гость потянулся к кубку, и его лицо на какой-то миг явилось взору Аполлона. Всего миг, но этого было вполне достаточно, чтобы бог света придушенно вскрикнул.
Напротив Зевса сидел Тесей.
Это было на веселом празднике в Аркадии. Они старались быть неузнанными. Но как трудно оставаться неузнанным тому, кого знает вся Эллада. И как трудно быть неузнанной той, чья красота сводит с ума. И все же они ухитрялись оставаться неузнанными, хотя встречные невольно провожали их взглядами, восклицая:
— Смотрите, похоже сам могучий Геракл посватался к прекрасной Елене!
А он был сильнее Геракла, его меча опасались даже боги. А она была несравнимо прекрасней вздорной красавицы из Спарты.
— Куда мы теперь?
Леонид заглянул в аквамариновые глаза своей возлюбленной.
— Туда, где солнце. И мягкая, словно шелк, трава.
— И где нет людей?
Спартиат нежно прижал прекрасную головку к своей груди и рассмеялся:
— Точно!
— Ты неисправим. — Афродита притворно вздохнула.
— Ой ли?
Красавица взглянула на своего возлюбленного и, не удержавшись, тоже рассмеялась.
