Поединок продолжался довольно долго, много дольше, чем может выдержать обычный боец. Соперники с оглядкой атаковали друг друга, пытаясь поймать на контрвыпаде. Наконец Вентейм предпринял решительную атаку. Подсев под взмах Конана, он дождался, когда меч со свистом пронесется над его головой, и нанес удар в живот короля. Любой другой воин вряд ли бы сумел парировать этот стремительный выпад, который в реальном бою стоил бы ему жизни, но Конан успел отреагировать. Закованной в сталь рукой он отбил клинок Вентейма, и в тот же миг рукоять королевского меча опустилась на шлем гвардейца. В последний момент киммериец смягчил удар, но все равно тот оказался достаточно силен, чтобы повергнуть Вентейма на землю.
Весьма довольный собой, Конан помог воину подняться, заметив:
— Сегодня ты был особенно хорош. Я пропустил пять твоих ударов.
Ощупывая рукой здоровенную шишку на голове, гвардеец пробормотал:
— Но я пропустил девять.
— Ничего! Еще лет пять и ты сможешь биться со мной на равных! — смеясь, заявил Конан.
Вентейм собрался парировать королевскую шутку, но не успел. В нескольких шагах от них вдруг возникло ослепительное крутящееся облако. Не успели бойцы вскинуть мечи, как облако накрыло их. Вентейм чувствовал, как его тело окутывает густая слизистая масса, ощупывающая кожу мириадами острых иголочек. Преодолевая сопротивление облака, он все же вскинул меч и рубанул им перед собой. И в тот же миг мир раскололся на тысячу ослепительных осколков.
Прошло немало времени, прежде чем Вентейм очнулся. Оглядевшись, он обнаружил, что лежит на песке тренировочной арены. Рядом валялся искривленный меч.
Король исчез.
Над ухом Конана раздался дикий рев. Реакция короля, выработанная многими годами тренировок и опасностей, была мгновенной. Он стремительно откатился в сторону подальше от источника звука и, вскакивая на ноги, одновременно лапнул себя ладонью по левому бедру, где обычно висел меч. Однако ни выпрямиться, ни выхватить оружие Конану не удалось. Его голова встретила какое-то препятствие, после сокрушительного столкновения с которым киммериец вернулся в исходное положение. Извлечь меч также не было суждено. Меч исчез, как исчезли и многие атрибуты одежды.
Рядом послышался звонкий смех. Только теперь Конан открыл глаза. То, что он обнаружил, было малоприятно и очень унизительно. Пожалуй, так сильно киммерийца не унижали ни разу в жизни.
Он сидел в клетке из стволов бамбука, находившейся посреди лесной поляны. Прямо перед ним стоял яфант — гигантский зверь с двумя хвостами, о котором Канон прежде знал лишь понаслышке. Некогда яфанты обитали и в гиборийском мире, но со временем они исчезли, оставив о себе память в виде груд белеющих костей, используемых резчиками для удивительно изящных поделок. Яфант задрал росший прямо из морды пустотелый хвост и громко трубил в него.
Клетку и зверя окружали несколько сотен хохочущих женщин. Молодых и не очень, некрасивых и весьма симпатичных. Спустя мгновение аквилонский король сделал еще одно неприятное открытие. Вместе с мечом исчезла и вся его одежда — сплетенная волшебником из Кхитая кольчуга, выдерживающая удары стальных мечей, атласные шаровары, сафьяновые сапоги, плащ и немедийский шлем. Конан был совершенно наг, если не считать узенькой повязки, охватывавшей его бедра.
Увидев, с каким изумлением пленник разглядывает себя, девушки развеселились еще больше.
Конан тем временем анализировал ситуацию, пытаясь понять, где и каким образом очутился. Однако его воспоминания обрывались сценой появления на тренировочной арене колдовского облака. Далее следовал провал. Очевидно, его похитил какой-то могущественный маг, который вскоре горько пожалеет, что решился сыграть подобную шутку с королем Аквилонии.
Впрочем, король был склонен признать, что пока ситуация выглядела скорее не трагичной, а комичной. Словно фарс, дурно разыгранный королевскими шутами. Но Конан умел посмеяться и над не слишком удачной шуткой, а кроме того его раззадорила необычность ситуации — величайший воин Земли сидит в клетке, окруженной сотнями жизнерадостных девиц. Что ж, король был не прочь поддержать шутку.
