- Скверные новости рассказывают. Тут были воины Идшара, приходили за данью, а кто-то покушался на жизнь байру Асахира. Убили его друга.
- Ужасно, - Энеата почесала подбородок. - Но почему грустят простые люди?
- Говорят, Асахир мстителен, - отозвался не Харат, а его собеседник. - Как бы Идшар не пошёл войной на Энаран...
- Но дань же они получили? Эсин Идшара вряд ли разрешит...
- Асахиру и эсин не указ... - пожал плечами работник, а Харат перебил его, сердясь:
- Эне, не мешай! Ты можешь молча подождать, пока я закончу?..
Она дождалась, пока купец закончит говорить с тем человеком, перебранится со всеми носильщиками и пересчитает брёвна, перегруженные с судна на телеги. Повозки, запряжённые волами, потащили ценную древесину по широкой мощёной дороге к стенам домов впереди; Эне, повинуясь жесту торговца, зашагала рядом с ним.
Чем дальше они продвигались от порта, тем явственнее восторг вновь вытеснял тревогу в душе и во взгляде Энеаты. Улицы города утопали в сочной зелени и пышных цветах; статуи, каналы и каменные чаши с водой украшали каждый поворот, каждый дворик. Пёстрое множество людей расхаживало по Энарану; спешно сновали носильщики с мешками и корзинами, мелькали торопящиеся по поручениям рабы, с важным видом шествовали в сопровождении многочисленных слуг богачи и вельможи, облачённые в пурпурные одежды, щедро увешанные золотом и покрывавшие мудрёные причёски белоснежным виссоном; строго глядели на прохожих стражники, носящие на плащах знамёна Ирутара, божества-покровителя Энарана; вещали со ступеней изысканно украшенных храмов жрецы, что-то пылко доказывая праздным слушателям.
Энеата успела осмотреть многое, поскольку Харат сперва доставил товары в свой дом, затем решил отдохнуть и отобедать; неторопливо поев, торговец наконец повёл Энеату к дому судьи Арнунны, где девушке, вопреки ожиданиям, предстояло пробыть совсем недолго.
Глава 3. Погребальный костёр Энарана
Эсин Алуганг всем своим видом выражал глубокую скорбь и сочувствие. Это выражение стремилась подчеркнуть и белоснежная траурная туника, и несмазанные маслом волосы. Колесница примчала его в лагерь идшарцев на рассвете, вскоре после того, как весть о смерти асу Кангара долетела до военачальника Асахира.
- Байру, - великий эсин богатейшего из городов Дарфии приветствовал воина Идшара поклоном, но это не удивило никого из присутствующих в шатре. - Мне сообщили о твоей потере. Весь Энаран скорбит вместе с тобой.
Тело молодого лекаря Кангара, всегда сопровождавшего Асахира во всех походах, теперь лежало на сложенном из тростника и кедровых досок возвышении у входа в шатер. Воины Идшара, подходившие попрощаться с товарищем, бросали у его ног золото, стекло и драгоценные заморские пряности. Так прощались с величайшими из воителей, и так байру Асахир повелел прощаться со своим побратимом.
У подножия одра покоились тела стражников, не сумевших уберечь Кангара от клинка наёмника. Эсин Алуганг, градоправитель Энарана и верховный жрец божественного пахаря Ирутара, прибывший в стан Асахира, невольно поежился, оглядев раны на трупах убитых - судя по всему, они не дожили до суда и положенной обычаем казни. Вопрос, заданный энаранским градоначальником сопровождавшему его идшарскому воину, подтвердил недобрые мысли - воин только кратко сообщил, что "байру скор на расправу".
- Слышу и принимаю, - ритуальной фразой отозвался на соболезнования Асахир. Военачальник сидел на расшитом ковре, задумавшись о чём-то своём и не думая вставать и приветствовать знатного правителя.
- Я отправил два десятка стражей на поиски злодея. Мы найдём его, байру, и погибший будет отомщён.
Асахир поднял взгляд. Ледяная усмешка, коснувшаяся губ воина, заставила эсина Алуганга вздрогнуть.
- О, Кангар будет отомщен, в этом ты можешь не сомневаться, эсин.
Асахир произнёс это очень тихо, но каждое слово отчётливо осело в мыслях энаранского градоправителя. Алуганг на мгновение смутился, затем продолжил заготовленную речь:
- Увы, не в моей власти возместить твою потерю, байру. Но я надеюсь, что твоя скорбь не отменит назначенных переговоров.
- Мы покидаем твой город, эсин. Праху Кангара должно покоиться на родной земле...
- Я понимаю. Это священный долг, байру.
- Но означенную дань мы заберём с собой сейчас.
- Разумеется, байру. Я пошлю за ней сейчас же.
Эсин покинул шатёр, сопровождаемый пристальным взглядом байру. Но сразу после его ухода вошёл молодой воин и сообщил, что ещё кое-кто желает видеть идшарского военачальника. На молчаливый вопрос во взгляде байру воин ответил:
- Какой-то раб, он говорит, что был ночью во дворце. Говорит, есть что рассказать.
- Приведи, - заинтересованно протянул Асахир.
- Байру, это может быть опасно. Дай я поговорю с ним, - вмешался один из приближённых, немолодой воин в богатом облачении.
- Нет.
- Что, если его подослали убить тебя?
- Здесь? Сейчас? - снисходительно усмехнулся Асахир. - Среди моих воинов?
Тот потупил взгляд.