Например, в минувшие два года новгородцы потеряли несколько торговых насадов, которые шведы взяли на абордаж, и если бы варяги не атаковали Сигтуну и не прикончили короля Сверкера Кольссона, то новгородцы лишились бы фактории на острове Готланд, а также всех своих поселений в Южной Финляндии. И хотя эта беда прошла стороной, зато остальные все здесь. Не так давно дикари из племени емь атаковали Ладогу, убили много местных жителей, на время блокировали Волхов и, понеся большие потери, отступили на север. Теперь против них выступили карелы, давние союзники Новгорода, и ополчение из самых отъявленных ладожских и новгородских головорезов. Кроме того, минувшей зимой город в очередной раз поменял князя. Был Ростислав Юрьевич, сын Юрия Долгорукого, а теперь вместо него ставленник Всеволода Ольговича князь Святополк Мстиславич, сын покойного Мстислава Великого и родной брат непонятно куда исчезнувшей Ингеборг Мстиславны. На этой почве в городе между сторонниками Мономашичей и Ольговичей идёт необъявленная холодная война, и если бы не новый посадник Судило Иванкович, то в Новгороде могла бы разгореться кровавая битва. Однако городской глава держит всех в кулаке, а епископ Нифонт ему помогает, и потому в Новгороде относительно спокойно, кулачные бои случаются, не без этого, но до покушений на князя или убийства дружинников не доходит.
Вот такая нездоровая суета, которая дополняется тем, что несколько лет назад от Новгорода в очередной раз на недолгий срок отпали Псков, Опочка, Остров и Изборск. Так что теперь между двумя торговыми республиками идёт активная борьба за границы. К этому можно добавить и предстоящую свадьбу князя Святополка, к которому едет невеста, двадцатидевятилетняя дочь Оломуцкого владетеля Оттона Чёрного Евфимия. Плюс ко всему развивается спор за суздальскую пятину, которую князь Гюрги (под этим именем по всей Руси известен Юрий Долгорукий) не желает передавать новому новгородскому правителю. И совсем уж пустяком на общем фоне выглядит уничтожение весенним половодьем Великого моста через Волхов, который соединял Софийскую и Торговую стороны города.
Интересно Новгород живёт, правда? Не заскучаешь. А теперь в этот бурлящий котёл из страстей, амбиций и природных катаклизмов ещё и наше посольство добавится. Это, значит, чтобы новгородцам совсем не скучно было. Поскольку же в городе три основные партии – княжеская, владычная и торговая, то рады нам будут, конечно, не все. Нынешний князь сам по себе не особо силён, да и ума у него не шибко много. Поэтому всё, что ему остаётся, – примкнуть к одной из сильных группировок, которые бьются за Киев. Мстиславич свою сторону выбрал и теперь заносит хвосты Ольговичам, и, значит, он наш противник, а для меня особенно. Я-то думал, когда назначал передачу выкупа за князя Игоря в Новгороде, что Ростислав Юрьевич посидит на севере ещё годик-другой, а он не потянул. И теперь ведуну Вадиму придётся постоянно оглядываться, как бы ему княжеские дружинники голову не оторвали. Вторую партию, владычную, возглавляет епископ Нифонт, старый, но ещё достаточно крепенький мужичок, который язычников страсть как не любит. Так что если его прижмёт, то владыка может поднять против варягов «тёмные народные массы» или подослать своих тревожных людей, тех самых, которые ножом орудуют лучше, чем ложкой.
Впрочем, монахи и князь не страшны, пока за нас посадник и Совет господ. Именно они руководят городом, и только от них будет зависеть, как нас встретят. Учитывая то обстоятельство, что недавно мы примерно наказали шведов и данов, а значит, можем прикрыть новгородцам всю торговлю в пределах Венедского моря и с помощью суомов шамана Коскенена выбить их из Финляндии, ничего плохого с нами не случится. Тем более что правая рука Судилы Иванковича, купец Нежата Твердятич, побратим Бранко Ростича, они по молодости вместе шведов невдалеке от берегов Скандии гоняли и не одного разбойного ярла рыбам скормили. Вот он заранее заверил своего названого брата, что всё пройдёт тихо и в интересах обеих договаривающихся сторон. Однако на всякий случай с нами две полные сотни витязей, которые могут такой гай-гуй в городе устроить, что никому мало не покажется…
Прерывая мои размышления, с борта идущего рядом с нами «Креса» раздался крик наблюдателя:
– По правому борту дым!
Поднявшись, я прошёл на нос и посмотрел в сторону берега. Действительно, немного впереди на берегу что-то горело. Густой смолистый дым поднимался ввысь и образовывал почти ровный чёрный столб. Грозная картина, а главное, не добрая. Прислушавшись к себе, я понял, что это не просто пожар. Нет. Это горела деревня, где гибли люди, не воины, а мирные крестьяне и рыбаки, которым требовалась немедленная помощь. Пока ведовская суть меня никогда не обманывала, так что сомнений в этом не было.
