Куга пожал плечами. Они почти стали друзьями — насколько можно об этом говорить за неделю общения на службе. Единомышленниками? Приятелями? Словом, такими, которые завтра вместе при необходимости выйдут под пули, доверят друг другу жизнь. Нормальный дядька начштаба ОРБ Игорь Кудасов! Недели хватило, чтобы понять: с таким в разведку — можно. И кому как не разведчикам судить об этом.
Одна занозинка в их отношениях всё же была — те самые слова-предупреждение Перса, чтобы Буран не смел встревать и конкурировать с начальником штаба в деле планирования операций. Куга наверняка об этом предупреждении знал, но ничем до сих пор этого знания не выдавал.
Алексей со своей стороны тоже старательно избегал темы. Тем более что за эти дни ничего и не планировалось такого, что впрямую затрагивало бы Бурана. А что планировалось — в том его мнения и не спрашивали. Возможно, пока. Но тем не менее.
И вот теперь та самая, сначала совершенно неожиданная, а теперь уже вольготно расположившаяся в голове мысль заставила Алексея решиться отойти от гласно-негласных договорённостей.
Сам по себе план Куги был вполне хорош. Особенно в условиях крайнего недостатка информации и времени. И даже чуть-чуть нестандартен. Видно, что Игорь тщательно работает с разведданными, владеет обстановкой у противника и материалом здесь. И умело расставляет цели и силы.
Сначала, по его плану, намечалась демонстрация просачивания разведгрупп сразу в четырёх местах. Везде — «по твоей, Буран, методике» (польстил?): то есть с предварительным обстрелом из миномётов, загоняющим противника в укрытия. Затем назначено подержать «укропов» некоторое время под гранатомётами и стрелковым огнём, варьируя позиции. «Вреда большого не нанесём, конечно, но пусть понервничают». Поэтому на линии активно обустраиваемой обороны укров Старый Айдар — Передельское — Геевка — Горшовка — Райгородка будет именно и только демонстрация: «Линия сплошная, обросли бункерами, падлы, поэтому наваливаться ребята будут в основном трескотнёй с места и работой снайперов, а потом отойдут, и пусть героические укры радуются, что отогнали их ответным огнём».
А вот между опорными пунктами где-то в другом месте просочиться можно: «По балочкам и зелёнке, да в “кикиморах” (кстати, вот чего ты не попросил их у начальства вместе с накидочками изолирующими? — ну да ничего, я их сам в список включил)…»
Группе Алексея предстояло перебраться на «минус» в десятке километров восточнее — в зелёнке в районе платформы Огородной. Кислый вариант, конечно, по согласному мнению обоих, но по знакомому маршруту в районе Старого Айдара теперь ловить вовсе нечего. Там отвлекающий бенц будет.
С другой стороны, «возле Огородной и зелёнка напротив, и дачки пустые, и схорониться есть где, и переправа неширокая. Выступление сразу по темноте, точка сбора — вот здесь, хорошая, прикрытая хоть и зимним, но всё же лесом. Правда, в лесу растяжки наверняка, да железная дорога там рядом, зажать могут качественно, но ты сам не юный пионер, на месте посмотришь. Местность сложная, скрадываться придётся предельно качественно. Сумеешь. До пионерлагеря этого только доберись, а там скумекаешь». — «Частоты для связи вот, частоты и сигналы для связи с артиллеристами согласуем, когда они подойдут». — «Основные трудности те же: переправа через реку и железная дорога. Значит, лодку резиновую и жёлтые повязки нарукавные в комплект, чтобы если гражданский кто увидит, за укров принял».
Это было всё, что можно было выжать за такое время из имеющейся обстановки и условий. Куга-Кудасов действительно молодец, но, боже, как всё зыбко!
Именно при этой мысли та самая идея буквально ворвалась в голову Алексея. И заставила его рискнуть вызвать ревнивую отповедь со стороны начштаба по поводу нарушения уже согласованных границ компетенций.
Однако мысль того стоила.
— Вот что мне, Игорь, подумалось, — продолжил он. — Как бы в дополнение к этому плану. Тут всё верно для обычной ДРГ — никто бы лучше и не придумал. Но смотри: реально всю эту арту и технику нам быстро не подтянуть. Это тебе не группу собрать. То есть время уходит — раз. Дальше: у нас, вишь, задача больше для спецназа — найти и освободить заложников. Тут надо не арту срисовать или снайпера упокоить, а в самом логове злодеев найти пленных и освободить без шума-гама. Значит, тишина нужна. То есть так зайти, чтобы они даже не заподозрили, что у них кто-то шарится по тылам. А тут день, светло. Насторожатся, когда их начнут атаковать. Увезут пленных куда подальше от фронта, в Северск, например. Придётся, блин, тогда штурм дворца Амина изобразить. А мы ведь ни разу не «Альфа»…
Куга поморщился:
— Может, они уже в Половинкино сидят, заложники. Пленный нужен, который знает. Не Мыкола с блок-поста, а какой-нибудь их сотник-живоглотник. А где его взять? Только по месту. Ну, то есть тем же макаром заходить и там уже офицера какого скрасть и спросить…
— Не совсем, — помотал головой Кравченко. — Есть у меня одна идейка, как туда тихо зайти и под прикрытием всё на месте разузнать…
