Десять обрудовцев вышли из строя и с горящими от счастья глазами встали перед сотниками. Вскоре к ним присоединились еще тридцать отроков из других сотен. Встав плечо к плечу, даже без оружия и доспехов они дышали мощью и уверенностью. Сотники на самом деле выбрали самых достойных.
— Что ж, решение принято и достойные названы. Все могут разойтись и вернуться в гридницу. Ну а наше «исключение» может собрать свои пожитки и строиться здесь.
Так, с легкой руки Обруда, этих парней и вправду некоторое время звали «исключением». Но не долго. Редко когда одно исключение не ведет за собой другое, а вслед за этим, как правило, следует череда последствий. Сотники прекрасно это понимали, своей интуицией предчувствуя последующие события. Но тогда это были только предчувствия.
Обрудовцы и еще десять отроков попали к Могуру, а остальные к Обияру. В тот же день вечером обе старших сотни выстроились перед гридницей и новичкам застегнули на запястьях металлические браслеты с медвежьей пастью. Каждого опоясали боевым мечом, остальное снаряжение ждало их в гриднице. В глазах новичков горели огонь и жажда подвига. Им казалось, что то что выбор пал на них, этого еще мало, они должны в деле доказать, что не зря сюда пришли, что они заслужили это право. Однако никто не требовал от них кидаться в огонь или тут же лезть в бой. Раз позвали, значит достойны, это уже мужи, а не мальчишки. А со смертью повстречаться еще успеют. Сотня Обияра повернула в гридницу, а сотня Могура по его знаку осталась на месте. Могур посмотрел прямо в глаза замершей семерке, его пронзительный взгляд проникал, кажется, до самых дальних уголков души.
— Я не сомневаюсь в том, что Обруд направил к нам самых достойных. И если вы что-то еще не умеете, то здесь научитесь. Да только не в одном мастерстве и отчаянной храбрости сила. Ваша сила и мужество в вашем единстве. Ваше мужество проявится в том, чтобы быть готовым в любое время встать под удар меча и подставить свое сердце под вражьи стрелы, спасая своего друга. И если каждый из вас на поле брани будет знать, что рядом с ним стоят те, кто готов ради него на все, то не будет такого врага, который способен был бы посеять страх в ваших сердцах. Помните об этом!.. Это все, что я хотел вам сказать.
Не успела пролететь и первая седмица их новой жизни, как Могур, вернувшись вечером от воеводы, сообщил, что три десятка гридней из его сотни едут в Кóрчу — самый северный город княжества и главный город Мурáвья.
— Надо дань собранную забрать и на княжий двор доставить. Если все уже готово, то за четыре дня обернетесь, ну а если нет, то на пару дней подзадержитесь. Поедут десяток Тура и десяток Ая́ра, и возьмите с собой наше пополнение из обрудовцев — пусть привыкают. У них старшим Лияк будет. Тур, ты самый старший. Выходите завтра, оружие берите только для легкого боя, но и щиты возьмите. Береженного Корс бережет. Все, идите, готовьтесь.
В сотне была железная дисциплина, никто не посмел ни разу перебить Могура. Но он учел все, поэтому вопросы к концу его указаний отпали сами собой. Дружинники неспешно пошли готовиться к обычной поездке, коих было не мало, и только молодежь выказывала свое волнение.
Утром сотник лично проверил вооружение гридней, которое состояло из легкой брони, круглых щитов для конного боя и постоянных спутников дружинников — меча и боевого ножа. Правда кое-кто прицепил к седлу еще и по боевому топору, а пятерка братьев — по сабле за спиной. Вадар да еще четверо гридней прихватили боевые луки с колчанами. В общем вполне боеспособный летучий отряд. Кони переступали с ноги на ногу, ожидая команды. Оставшись довольным осмотром, Могур махнул рукой и отряд чинно прошелся рысцой по-утреннему Белогочу, и только за его воротами пустился вскачь.
Несмотря на приличное расстояние, к вечеру второго дня отряд прибыл Корчу. Дорога была практически сухой, первые осенние дожди не успели еще превратить ее в непроходимое месиво. Посадник[9] принял их в своем тереме, в большой комнате для гостей. На столы тут же стали накрывать еду и напитки. Посадник, пожилой муж, но еще крепкий телом и духом, не заставил себя долго ждать. Появившись из внутренних покоев, он гостеприимно предложил всем сесть за стол. Лицо его светилось добродушием, но глаза оставались задумчивыми и встревоженными. Под его рубахой проглядывались латы. А на поясе висела сабля. Корча находилась на самой границе княжества и, как все приграничные жители, ее горожане привыкли к войне. Но еще при подъезде к терему дружинники обратили внимание на большое количество вооруженных горожан.
— Скажи нам, посадник, где воевода и что за суматоха в городе? — начал осторожно Тур. — Или опять соседи беспокоят?
— Ты прав, соседи к нам часто наведываются, да только близко к стенам не подходят. Довольствуются тем, что веси да посады по дороге пограбят. Вот и в этот раз гонцы с заставы доложили, что опять гостей незваных ждать надобно. — со вздохом добавил посадник. — воевода отправился узнать все на месте, должен скоро вернуться.
