— Ничего я вам не скажу, дети шакалов. Нас тьма, и сколько бы вас тут не пряталось, вы все подохните!
— А ты тут нам не грозись, тебя не о том спрашивают. Лучше скажи сколько вас, что решили и когда с канцами снюхались? А не скажешь… — и Тур, схватив вагла за грудки, так его тряханул, что у того голова чуть не отвалилась, закинувшись назад.
— Много нас. — в ужасе начал говорить вагл. — Кроме меня еще три князя пришли. Утром на крепость пойдем. И канцы должны подойти, еще вечером обещали быть.
— Эх, вечно с этими покойниками неувязочки. — со вздохом произнес Андрей. — Обещают и не приходят.
Вагл недоуменно посмотрел на него, и по мере того, как до него доходил смысл сказанного, его глаза становились все шире и шире от ужаса. Не выдержав, он истерично завопил:
— Врете вы все, собаки! Шакальи выродки! Вам не обмануть меня. Вы как трусливые зайцы попрятались в лесах. Мы выпустим вам ваши жалкие кишки и набьем…
Тур мощным ударом кулака в голову свалил вагла с ног.
— Заткнешься ты, наконец, или нет, падаль?!
Аяр склонился над поверженным, повертел тому голову, потрогал шею.
— Что ж, ты прав, падаль она и должна быть падалью.
Тур недоуменно посмотрел на него и перевел взгляд на свой кулак. Стоящий рядом Лияк пожал плечами.
— Бывает. Чего со злости не натворишь. Да и то, чего было орать чё не след. Вот и доорался.
Тур почесал затылок, махнул рукой и молча пошел в сторону «стана» дружинников, остальные побрели за ним.
Уже когда все, и те кто пришел, и те кто их ждал, уселись на земле, Лияк и Олег не спеша поведали о своих похождениях. Тур только слушал и время от времени качал головой. Когда рассказчики замолчали, он какое-то время посидел задумчиво и потом заговорил:
— Если я не спутался, то на двадцать три врага у нас стало меньше. Для восьмерых воев это неплохой счет. И по мужеству и по делам разумным вижу, что рядом со мной сидят не младые новобранцы, а настоящие мужи. — он опять сделал паузу, видно было, что какие-то думы тяготили его. — И потому хочу я с вами со всеми совет держать. Будите спящих. Раз есть пища, то надо подкрепиться, а заодно и поговорим.
Его недоговоренность заставила всех собраться. Дальнейшее происходило в полнейшей тишине. Слышны были завывания почуявших легкую добычу волков, да иногда ухающие вздохи лесной совы. Дав время дружинникам утолить голод и чувствуя на себе их вопрошающие взгляды, Тур заговорил:
— Успехи ночных наворопов[11] оказались более успешными, чем можно было ожидать. Скоро ваглы в своем большинстве завалятся спать и мы смогли бы нанести им еще немалый урон. Конечно, рано или поздно они догадаются обо всем и кинутся нас искать. Ну да лес большой, можно не одну седмицу просидеть, а там и подмога придет. И все бы хорошо, да есть одно «но».
Гридни внимательно слушали своего предводителя, пытаясь понять, куда он клонит и что его так тревожит.
— И это «но» — наши боевые товарищи. Те, что не могут за себя постоять. Не смогут они подмоги дождаться — ночи холодные и знахарь им хороший нужен, а главное снадобья нужны. Можно конечно и в глубь леса уйти, там и костер жечь можно безбоязненно. Может какого знахаря даже найти сумеем, ежели повезет. Да токмо боюсь, придется нам возвращаться к пепелищу не только посадов, но и крепости. Вот и думайте теперь, други, как нам быть.
Все подавленно молчали. Такой поворот дел явно никого не устраивал, но и выход сам собой никак не напрашивался.
— Нет хуже греха, как своих братьев бросать.
— За двумя зайцами не угнаться, решать надо.
— Крепость бросать не моги, у них на нас вся и надежа.
— Говори, Тур, что удумал.
— Говори…
— Говори…
Тур окинул взглядом еще раз своих воев и, как будто скинув с плеч тяжелую ношу, продолжил:
— Мое решение таково: раненых оставляем здесь, а сами принимаем бой. Нет нам смысла ждать утра, наше преимущество сейчас, ночью. Может и градские выйдут на подмогу… Ну в общем вот и весь мой сказ.
— Рисково конечно, но дело правое.
— Уж лучше враг пусть нас боится, чем мы его!
— Добро, Тур, веди нас в бой.
Тур поднял руку, прося тишины.
— Я хотел бы так же сказать, что может быть это будет наша последняя битва… для всех.
— Что ж, семи смертям не бывать, а одной не миновать.
— У Корса тоже, говорят, не плохо живется.
— Веди нас, Тур, правда за нами!
— Лучше пасть героями, чем трусами жить.
Глаза Тура светились отвагой. Он не один, его вон с ним. Если они все полягут, ответ держать придется ему, но он знает. Что сказать Корсу.
— Тогда так. Пятеро раненых остаются здесь. Двое еще могут держать луки, от случайного находчика. Будь то зверь али человек, отобьются. Больше оставить никого не могу — каждый вой на счету. Делимся так же на три десятка. Воевода и его два воя идут со мной. Я пойду в центре, Аяр справа, Лияк слева. Стараться действовать до последнего без шума, ну а там, как руны лягут. Все, проверить оружие и выступаем.
Не было ни криков, ни возгласов. Все молча разошлись, каждый проверять свое снаряжение. Лияк первым подошел к раненым. Поцеловав каждого, он склонился над братом.
