— Хм… — Азула с некоторым подозрением покосилась в мою сторону.
— М? — приподнять бровь. Хорошо, что Тоф сейчас отсыпается после «строительных работ», сдать бы она меня не сдала, но потом пришлось бы объясняться.
— Не странно ли это? Опасный заключённый умирает спустя буквально сутки после твоего визита к нему, — значит, она в курсе о моём, как она выразилась, визите. Впрочем, неудивительно, я и не думал скрываться.
— Я весьма польщён, что ты считаешь меня причиной всех происходящих в округе событий, но я всё-таки не Великий Дух, чтобы мановением мысли управлять потоками вероятностей. С учётом условий содержания и возраста пленника, тут стоит удивляться, как он протянул так долго.
— Возможно, — с некоторым сомнением протянула девушка. — Хотя сдаётся мне, что ты что-то недоговариваешь, но оставим этот вопрос, — не ожидал, обычно принцесса стремится выжать из собеседника всё, что возможно. Следствие недосыпа? Вон, тоже отвар потягивает — не один я тут ношусь, высунув язык, вторые сутки кряду. — Куда интереснее узнать, что мы можем из этого извлечь? — о, какая знакомая нехорошая улыбочка.
— Думаешь подорвать моральный дух Аватара и его команды известием о смерти старого друга?
— Не о смерти, — прядка волос с левой стороны лица девушки выбилась из причёски и упала на глаза, что заставило принцессу прерваться. Недовольно сфокусировав взгляд на помехе, она привычным движением вернула волосы в правильное положение и продолжила: — Это слишком просто. Бить нужно по самым уязвимым местам. Гибель друга его может опечалить и разозлить, но что будет, если этот друг погибнет из-за него?
— Царь Буми узнал о чуме в своём городе, и у него отказало сердце? — понял я идею Азулы. — Жестоко. Но, кстати, вполне может быть правдой… — за исключением того, что об эпидемии мы с ним вообще не говорили, но ведь «может быть», точно так же, как может и «не быть», но ведь суть не в определении истины?
— Ты против? — с некоторым удивлением спросила она.
— Нет, почему же? — откидываюсь на спинку кресла. — Прекрасная идея. К тому же подобное заявление может стать причиной серьёзного конфликта между командой Аанга и последователями Буми. Главное — чтобы на эмоциях он не вошёл в режим Аватара. Вот тогда нам не поздоровится.
— Проблема, — девушка задумчиво потеребила пальцами ручку чашки, из которой пила. — Стоит ли тогда рисковать?
— Хороший вопрос, — очередной глоток. — Но лучше это скажем мы и так, как нужно нам, заставив его испытывать муки совести, чем какой-нибудь доброхот, вызвав у воздушника совсем другие чувства и эмоции.
— Но какое нам дело до его чувств, если мы планируем закончить его «приключения» здесь? — справедливо вскинула бровь принцесса.
— А если не получится? Пылающий жаждой мщения ребёнок с силами, достаточными для уничтожения немаленькой армии — это очень неприятно. И даже теоретическая возможность такого исхода требует применения нами определённых мер предосторожности.
— И так плохо, и так нехорошо. Используем для информирования кого-нибудь, кого не жалко?
— Нет, опасно, — качаю головой. Если бы всё было так просто, как посылка парламентёра… — Лучше объявим траур. Буми, пусть и сумасшедший старик и наш пленник, но был венценосной особой, а потому его кончина — вполне неплохой повод для официального траура в рамках города. Да и нас это покажет с хорошей стороны.
— В самом деле? — ядовитого скепсиса в голосе Азулы если и не наблюдалось, то только по причине усталости. — Скорее, они будут вопить про лицемерных убийц… Я бы вопила, — чуть подумав, неожиданно поделилась она.
— Ну, — пожимаю плечами, — в любом случае мы ничего от этого не потеряем, а так, глядишь, кто-то и проникнется.
— Резонно, — кивнула девушка, делая глоток из своей чашки. — И как ты видишь проведение этого траура?..
— Есть сведения о Сокке? — Катара беспокойно ходила по выделенной для них комнатке.
— Кто-то из горожан видел, как его забирали воины огня, но больше ничего, — тяжело вздохнул Аанг, устало ссутулив плечи.
