Наконец все было готово, и Трол отправился. Прежде чем открыть дверь помещения, где его держали, он попробовал помахать обоими тренировочными мечами и подумал на миг, что для полноты картины ему следовало выбрать не мечи, а комплект ликваев — парных боевых топоров, но шутка вышла не самая веселая.
Едва он прошел по коридору, стараясь, чтобы у него не кружилась голова, по крайней мере, чтобы со стороны это было не видно, как откуда-то сбоку вынырнул Кола. Разумеется, с неизбежным Бужем. Посмотрев на Трола чуть внимательней, чем обычно, Кола поздоровался, подняв правую руку. Потом зашагал рядом:
— Я думал, ты еще недели две будешь лежать.
— Тренировки могут быть таким же лекарством, как и напитки Ибраила. Кстати, он не очень-то умелый целитель.
— Судя по тебе, он прямо кудесник, — отозвался Кола.
Трол усмехнулся. Они подходили к необходимому коридору, вернее, тамбуру, короткому переходу между двумя дверями.
— Зачем сюда? — спросил Кола. — Пойдем по солнышку.
— Так короче, — твердо ответил Трол и шагнул между дверей.
Кола, а за ним и Буж шагнули следом. Трол аккуратно закрыл за собой заднюю дверь, пошел к следующей, с силой вентилируя легкие… И все-таки не успел. Свист газа он услышал, едва сделал второй выдох. Третий вдох оказался уже с резким мятным запахом.
— Что это? — спросил Кола.
А Буж рванулся вперед, пытаясь отворить переднюю дверь. Он рванул ручку, замычал дико и пронзительно, снова рванул, и дверь, к удивлению Трола, едва не подалась. Видимо, люди Крохана не рассчитывали на такие рывки.
— Что-то не открывается, — пробормотал Кола, пытаясь помочь своему слуге.
Но эти слова Трол расслышал уже как бы сквозь толстый слой ваты. Он прислонился к стене, стараясь не потерять сознания, но это было трудно — перед глазами вспыхнул яркий, ослепительный свет, от которого почему-то заболело в затылке и в легких.
Лишь краем зрения он увидел, что Кола что-то бормочет, а Буж шипит, плюется… Тогда свет стал гаснуть окончательно. Уже не зрением, а тренированным чутьем воина Трол понял, что Кола выхватил свой меч, и тогда Трол сделал самый толковый поступок за несколько дней — он прыгнул вперед, вернее, ему так показалось. На самом деле он шагнул на подгибающихся ногах и повис на принце, чтобы тот не сопротивлялся. Разумеется, он оставил без внимания Бужа, и тот воспользовался этой ошибкой. По тени на стене, отбрасываемой довольно ярким факелом, Трол понял, что Буж размахивается и бьет его по голове со всего размаху… Трол едва успел двинуть голову в сторону, чтобы удар прошел по касательной, но все равно ему стало трудно шевелиться. Уже отключаясь, он осознал, что они все вместе падают на каменные плиты под ногами…
Трол очухался, когда понял, что его руки странно и бессмысленно скребут по одеялу. Оказывается, он лежал в своем каземате, на застеленном одеялом топчане, во всей одежде. А над ним стояли Перес, Приам и Арбогаст. Все трое смотрели на него тревожно, словно он учинил что-то странное и пугающее, не укладывающееся в сознание… Тогда он вспомнил все.
— Как принц?
От Трола не укрылось, что Перес вздохнул с облегчением. Королевский маг ответил:
— Все хорошо. Если ты можешь подняться, то пошли. Там сейчас происходит самое главное.
С трудом, чуть не застонав в голос, Трол сел на своем топчане, потрогал голову. На голове, чуть сбоку от затылка, ощущалась огромная, с гусиное яйцо, шишка. Да, плохо он стал двигаться, решил Трол, если даже Буж может вот так достать его.
Потом он поднялся, отказавшись от помощи Арбогаста, который с довольно неуверенным видом пытался поддержать его под плечо. Они пошли в противоположную от выхода из подземелий сторону, где оказались еще более глубокие подвалы. В одном из них было светло, как на солнцепеке в полдень. И тут оказались трое — король, Сантин и Крохан.
Король Малах с бледным, осунувшимся лицом сидел на высоком резном кресле, очевидно, принесенном сюда специально для него. Наследный принц и капитан столичной стражи стояли перед ним, вернее, неуверенно мялись, очевидно, пытаясь ответить на не совсем ясный для них вопрос. Услышав приближающихся орденцев, Крохан от облегчения кивнул и погладил бородку. Сантин оглянулся встревожено и сурово. В этот момент он стал очень похож на отца, короля Малаха.
— Как ты, Трол? — спросил король. Здесь, безусловно, ему принадлежало право задавать вопросы.
— Он довольно быстро пришел в себя, государь, — ответил за Трола Перес.
— Я знал, что должно произойти, — добавил Трол слабым голосом, — вот и задержал дыхание. К тому же Буж был слишком активен…
— Мне доложили, — король посмотрел на свои руки, они были сжаты так, что побелели костяшки. Он силой воли разжал их и спокойно уложил на подлокотники. — Он чуть не раскроил тебе голову.
— Как он позволил, чтобы ты завел туда принца? — хмуро спросил Сантин. — Ведь он должен был понять, что это ловушка?
