Конец весны и начало лета 1980 года были потрачены на то, чтобы сгладить логистические детали, продумать бюджет и списки снаряжения, и проработать как можно больше мелочей. Проект «Шестой отряд» держался в строжайшем секрете и я работал в бюрократическом вакууме, но даже в этом случае в сообществе специальных методов ведения войны флота ходили слухи, что что-то затевается. Закончив работу в Пентагоне, я отправлялся в Литтл-Крик, три с половиной часа.
Визиты были неформальными: я проводил время с главными старшинами Второго отряда SEAL и за кружкой пива задавал вопросы. «Как бы ты сделал это, шеф?» или «Если вам пришлось бы сделать то-то и то-то, как лучше всего сделать это тихо?»
Ночь за ночью я проводил на кухне моего старого друга, главстаршины по имени Мак, которого знал с тех пор, как мы проходили обучение в UDT. Работая над испачканными кофе стопками желтой линованной бумаги, Мак, чиф-петти-офицер, которого я звал Пальцы и я, набросали требования к материально-техническому обеспечению для новой команды SEAL. Мы также набросали предварительный бюджет и организационные схемы и составили списки закупок новых и замечательных игрушек для мужчин, чтобы поиграть с ними. Мы разработали тренировочный цикл, в котором две команды по три взвода в каждой сменяли друг друга по непрерывному графику стрельб, прыжков, подводных работ и контртеррористических учений по спасению заложников. Если Шестой оторвется от земли, решил я, Мак должен стать его главстаршиной. Он был крепкой, жилистой маленькой пташкой.
Его сардонический, часто насмешливый стиль управления будет держать бойцов в тонусе; его долгий командный опыт будет поддерживать вращение шестеренок. Я также хотел, чтобы Пальцы был на борту. Оба сказали, что придут поиграть, хотя Мак горько жаловался на прыжки с парашютом. Он всегда ненавидел выпрыгивать из совершенно исправного самолета.
Я также много внимания уделил тому, что Пол Хенли сделал с МОБ-6. Хенли только что повысили до капитана 3-го ранга и он был в процессе перевода на Западное побережье, где он был назначен старпомом учебного подразделения BUD/S в Коронадо. Он посетил меня в моем подвальном убежище, как раз перед тем, как он и его жена Мерилин уехали в Калифорнию. Он прибыл, чтобы встретиться с менеджерами по личному составу в управлении кадров и пожаловался мне на свое новое назначение. Я никогда не работал с Полом, но мне он понравился. Он был бы, как я уже рассчитывал, идеальным старпомом для Шестого отряда SEAL.
У Пола была настоящая история успеха: он был выпускником Военно-Морской Академии, который пробился наверх из бедного трудного ирландского района Филадельфии под названием Фиштаун.
Пол был невысоким парнем, темноволосым и с резкими чертами лица, но крутым забиякой, с которым лучше не связываться.
Он совершил ошибку, сказав своим кураторам на первом курсе в Аннаполисе, что хочет стать боевым пловцом. Ни за что. Выпускники Академии, как ему сказали, не становятся змеедами. Если вы хотите добиться успехами, вы должны водить корабли. Так что, после того как он в 1970 получил «шпалу» энсина, Пола отправили служить на корабли.
Он все равно попал на BUD/S и даже попал туда по лучшей из причин, насколько я мог судить: драка. Однажды вечером он был в клубе младших офицеров, под названием «База» и ввязался в драку между капитаном 2-го ранга, который слегка перебрал с соусом и парой больших, опасных, с полузащитников размером лейтенантов, которые решили добавить несколько новых шрамов на лице кавторанга. Пол уложил обоих летех на пол и вывел кавторанга из клуба до того, как появился береговой патруль. Не прошло и трех месяцев, как он уже был на отборочном курсе BUS/S, результат телефонного звонка одного кавторанга другому кавторангу.
Пол добился много для парня, который был в SEAL меньше десяти лет. Он был опытным парашютистом — членом парашютной сборной ВМФ. Он прослужил двадцать шесть месяцев в Kampfschwimmers, западногерманской роте боевых пловцов, базирующейся в Экернфорде, на Балтийском море и свободно говорил по немецки. Вежливый, хорошо ладящий со своими людьми и всеми уважаемый, он вероятно, получит должность командира, как только станет кавторангом. Но у Пола был менталитет воина и он ненавидел мысль о двухлетнем назначении, которое будет держать его прикованным к письменному столу, за написанием рапортов о тупых стажерах, которые только что упали с бревен и вывихнули лодыжки.
В последнюю неделю июня он сидел в моем подвальном кабинете и жаловался на свою печальную судьбу.
— Что же мне теперь делать, Дик?
Я пожал плечами, я не собирался рассказывать ему о Шестом отряде — пока.
— Ты отправишься туда и будешь делать свою работу.
— А что с МОБ-6?
— А что с ними?
— Я только что привел их в форму. Мы только начали подходить к некоторым интересным сценариям. Я рассказывал им о тактике абордажа SBS? Корабль в пути. Ну, я ее переделал и…
Я прервал его:
— Слушай, парниша, у тебя есть хороший младший офицер, чтобы возглавить МОБ-6. Подумай об этом, как о зарабатывании очков.
