Мы закончили учения в 07.30. Посредники (трое немцев и трое американцев) подсчитали: двое плохих парней убиты, трое ранены, восемь захвачены. Два хороших парня ранены. Двенадцать заложников освобождены, никто не пострадал. В общем, неплохое рабочее утро.
Я нашел Рики на камбузе, трудящимся над дымящейся миской супа из бычьих хвостов, в свободной руке у него был ломоть черного хлеба, намазанный белым немецким маслом, а у локтя — кружка черного кофе.
— Развлекаетесь, герр генерал?
Он посмотрел на меня с недоброй улыбкой. Ах ты, головка от члена.
— Это было интересное утро. Хороший прогресс.
Он сделал паузу и набрал полную ложку супа.
— Но эти учения — они всегда вызывают у меня зверский аппетит.
Он закусил черным хлебом.
— А у тебя?
А у меня? Я стоял там в своем резиновом костюме, с мокрой бородой, с замерзшими ободранными пальцами и ноющими суставами.
Я облегчился в костюм — обычная практика во время операций и от меня несло уборной.
— Ах ты, никчемный сукин сын, петушачьеголовый дерьмомозглый застойномудый гребанный нацисткий фрицеублюдок. Ты там сидишь, жрешь свой чертов суп и ржаной хлебушек, попиваешь свой горячий гребаный кофеек, а я отмораживаю свою несчастную задницу в твоем гребаном Северном море, и ты меня же еще спрашиваешь, как насчет меня? Да пошел ты на хрен, герр генерал.
Он разразился хохотом.
— Сдается мне, членоголовый, если ты простишь мой французский, что сегодня утром ты настоящий «тюлень».
Сукин сын был прав.
Но ведь это он носил звезды, а я — шрамы.
Наш визит к GSG-9, возможно, сделал нас замерзшими и чертовски больными.
Но, по крайней мере, мы могли играть с теми, кто нам нравился. Вскоре после того, как мы вернулись в Штаты, меня вызвали в штаб-квартиру ОКСО и сообщили, что для тайной операции в Ливане требуется подразделение из состава Шестого отряда SEAL. В Ливане мне никто не нравился.
Но зимой 1982 года в Ливане находились части американского военно-морского флота, входившие в состав многонациональных сил, которые были направлены туда сразу после массовых убийств в лагерях палестинских беженцев «Сабра» и «Шатила», где фалангистские ополченцы отомстили за убийство своего харизматичного лидера Башира Жмайля, убив в сентябре прошлого года примерно тысячу безоружных палестинских мужчин, женщин и детей.
Так что ОКСО и — неохотно — Госдепартамент решили, что два урезанных лодочных экипажа из состава Шестого отряда SEAL (двенадцать человек вместо четырнадцати) будут тайно переброшены в Бейрут. Наша миссия будет заключаться в оценке возможных террористических угроз американским целям, обследовании позиций посольства и морских пехотинцев и выработке предложений по улучшению ситуаций. Как это и случалось раньше, я должен был осуществить развертывание прямо перед Рождеством.
Я тщательно сделал выбор. Конечно, я возьму с собой Пола и Дюка. И я подумал, что Индейский Еврей хорошо впишется. Были включены Золотопыльные близнецы, как и Змей, Скачки, Пальцы, Пыжик и большой бородатый сукин сын, которого я звал Хо-хо-хо из-за того, как он смеялся. Я также взял нашего любимого салагу, пушечное мясо из рядовых, Малыша Рича (я сказал ему, что нам понадобится доброволец, на случай, если мы попадем в беду и надо будет кого-нибудь бросить на съедение волкам. Он спросил, не взять ли ему с собой красную шапочку. «Если будет хоть немного похожа на куфию», — сказал я, «упакуй ее».)
Дожди рано пришли в Ливан в 1982 году, было сыро и холодно, когда я, одетый только в легкую куртку и свитер с высоким воротом, пробирался через переполненный международный терминал аэропорта Бейрута. Я перекинул рюкзак через плечо, взял в руку дорожную сумку и позволил людскому потоку нести меня к таможне и иммиграционным стойкам.
Я летел из Норфолка в Вашингтон, из Вашингтона в Нью-Йорк, из Нью-Йорка в Париж. Я переночевал в Париже и ухватил немного праздничного веселья — я никогда так и не узнал ее имя, но она была вьетнамкой и очень красивой — потом встал в пять утра и взял такси до аэропорта Орли, расположенного в получасе езды к юго-востоку от города, откуда ночным рейсом «Мидл Ист Айрлайнс» отправился в Бейрут. Я путешествовал налегке: ручная кладь и маленький пистолет .380 калибра, который было легко спрятать, когда я проходил через металлодетектор.
Наше оборудование связи, тяжелое оружие и специальные вкусняшки путешествовали с Дюком, Ларри, Фрэнком и Малышом Ричи. Им предстояла самая легкая поездка: рейсом командования ВВС с авиабазы Сигонела на Сицилии, спокойная ночь с холодным пивом, а затем ранний утренний перелет на борту военно-морского самолета С-2 «Грейхаунд», который доставил их на летную палубу авианосца США «Индепенденс» недалеко от ливанского побережья. Оттуда мой квартет бойцов SEAL должен был проникнуть на берег вместе с отрядом морской пехоты. Потом они переоденутся, затеряются в толпе и отправятся на север в город. Я должен был забрать их вместе с багажом от терминала аэропорта через семьдесят два часа.
