– Примешь в отряд Шоту? – заметив, что командир оборотней не уделил внимания новичку, Симона решила его представить.
– Не работаю с птицами, – глаза Эрика нервно шмыгнули на Игоря.
“В кого ты превращаешься, неуравновешенный тип? В добермана? – подумал агент. – Прадед-потеряшка тобой бы не гордился. Где твоя нордическая стойкость?”
Левую руку парня, едва ли достигшего двадцатипятилетнего возраста, украшала необычная татуировка. Подбитый немецкий истребитель времен Второй Мировой войны со свастикой на крыльях летел над лесом. Из разгерметизированной дверцы вылетали книги, древние свитки, исчерченные рунами. На обложке одного из падающих фолиантов различалась оскаленная волчья морда и надпись: “Волки Вермахта”.
Симона обиженно поджала губы.
“Если у них роман, его дед в гробу крутится”.
– Мне тоже не приходилось работать с волками. Обойдусь без посредников. Согласен подчиняться лично Господину.
– Пусть будет так, – Эрик решил оградить свой отряд от незваного гостя. – Неплохо было бы взять тебя на задание для прикрытия. Вдруг твои друзья нас ждут в засаде?
– Шоте запрещено покидать лагерь, – сказала Симона.
– Знаю, – рывком головы Эрик откинул челку со лба. – Из-за орла мы шкурами рискуем.
– Куда вы собрались? – Игорь намеревался погасить конфликт.
– Обнюхивать место убийства Даррена, – лидер оборотней повел носом. – Искать следы.
– Засады не будет?
– Лечо идет с нами? – волнение Симоны выдало агенту ее самого близкого приятеля.
– Две кошки и трое волков. Мой расклад одобрил Эйлан. Беги в раздевалку, Симба.
Девушка послушалась командира.
Игорь залюбовался ее аппетитной попкой и не уловил момента, когда Эрик перевоплотился в длинного поджарого волка с коротким светло-серым мехом.
“Не приставай к Симбе. Ее парень – тигр Лечо. У них полгода мур-мур. Лучше тебе не лезть к нашим девочкам. Подожди, скоро привезут новых, – голову Игоря пронзила фантомная боль от телепатического сообщения. – И знай, я все слышал, про деда и про добермана”.
Эрик не узнал главного – Игорь намеренно сделал некоторые “невинные” размышления доступными для прочтения. Нужно же как-то вливаться в коллектив.
Варя
– Тетушка, отзовись, – Варя перекатила из руки в руку и потерла вспотевшими ладонями темно-синий шарик.
Связующий камень не светлел, блестящие крупинки внутри него не загорались яркими звездочками.
Не удалась десятая попытка выйти на связь с того момента, как Варя выехала из города. Петю девушка тоже не смогла вызвать.
“Случилась беда!” – Варя вздрогнула от страшного предположения.
Надо спешить. До Бродино осталось менее восьми верст, можно приехать до захода солнца, если поторопиться, но девушке не хотелось загонять лошадь до изнеможения. Малинке нужно было подкрепиться и немного отдохнуть.
Пощипывая траву, лошадь гуляла по зеленому сочному лугу. Изнывающая от жары Варя побрела по желтой песчаной дорожке, терявшейся далеко впереди за холмами невспаханных полей. Сладкие ягоды, притаившиеся в траве, еще не поспели. Мелкие серые ящерки проскакивали перед ней, спеша из одной травянистой чащи в другую. Оставаться на месте и думать о том, что случилось в Бродино, для девушки было невыносимо.
“Мама права, там опасно. Но я все равно туда доберусь! Узнаю, что произошло! Там моя судьба. Туда сердце тянет”, – думала Варя, глядя в прозрачное светлое небо.
И она добралась до деревни Бродино поздней ночью.
Грязные и скользкие после проливного дождя деревенские улицы не освещались ни единым фонарем. Промокшая до нитки Варя постучалась в запертые ворота. Ей не открыли. В окнах теткиного дома не вспыхнул свет. Привязав Малинку к опорному столбу ворот, встревоженная девушка перелезла через забор и подбежала к дому. На двери висел амбарный замок.
Пелагея не оставляла племяннице ключей от дома.
Оборотни сильнее людей. Сосредоточившись, Варя напряглась и потянула дверь на себя за крепко прибитую ручку. С третьей попытки она выдернула петлю из дверной рамы и вошла в сени.
Пугающая непроглядная темнота поселилась в опустевшем доме. Варя не смогла найти масляную лампу на полке, где та обычно стояла. В избу она прошла, обернувшись волчицей, и сразу прикрыла нос лапой от запаха смерти. Дощатый пол пропах застывшей кровью, человеческим потом и вампирами. Лапы, скованные нервной дрожью, разъехались, и Варя шлепнулась на брюхо.
“Алайни”, – волчица узнала один из запахов.
Оправившись от ужасного потрясения, Варя нашла в себе силы покружить по избе и двору, изучая следы. Мертвые тела ее тетки, Митрофана и Тимофея деревенские жители вытащили на улицу и куда-то увезли. Заботу о Чаруне взяли на себя пожилые соседи, они поселили пса в своем дворе. Спустившиеся с гор убийцы взяли двух коней – Алмаза и Роланда.
Алайни узнал, что тетя хотела навредить ему. Но зачем было убивать ее со всей семьей? Он мог бы перестать ходить к ней за колдовскими заговорами.
Варю поразила жестокостью лесного дикаря, которого она считала другом.
– Лишение жизни людей тебе даром не пройдет, – прошипела она сквозь острые волчьи зубы.
