На свет девочки появились с небольшой разницей. Их имена пришли госпоже ночью, во сне. Старшая, Изис, родилась на несколько мгновений раньше, чем младшая, Мези. И это событие сыграло свою роль в их жизни. Изис заботилась о своей сестре как старшая о младшей по праву рождения. Когда они были маленькими детьми, то часто играли рядом с рекой. Мези обожала воду и, нырнув на глубину, могла просидеть на дне дольше всех. А когда дети прыгали с обрыва в бурлящую и неспокойную реку, то Мези всегда уносило так далеко, что Изис, волнуясь, бегала по берегу в поисках сестры, а она, лежа на спине, спокойно плыла по течению. Когда им исполнилось шесть лет, с Мези случилось несчастье. Придя на реку, стали, как всегда, прыгать вниз с обрыва. Мези ждала своей очереди, и когда она подошла, то ей вдруг захотелось подняться еще выше и прыгнуть с огромного валуна, нависшего над водой. Изис в это время только выбиралась из реки, поэтому остановить сестру было некому. Вскарабкавшись, забралась на камень и, подойдя к самому краю, заглянула вниз. То, что она тогда увидела, Мези будет помнить всю жизнь. Сквозь зыбкую гладь воды, навстречу ей, по пустыне шел караван. Впереди, на огромном белом верблюде ехал высокий и стройный проводник. Он поднял голову и посмотрел на девочку. Половина его лица была скрыта платком от пустынной пыли, но глаза ярко выделялись на смуглой коже и светились мягким голубоватым светом. Он опустил платок и стал что-то говорить, обращаясь к Мези. Ветер уносил его слова в сторону, и девочка слышала лишь обрывки.
– Я не слышу тебя! – закричала она что есть силы, – говори громче.
Мужчина услышал девочку, вдохнул воздух полной грудью, а затем, показывая пальцем в небо, обратился к ней, став говорить намного громче:
– Я – Салим, и мне велено передать послание для жреца. Она родится, когда на небе появятся две кометы. Одна за другой, с огромными огненными хвостами. В этот час на землю придет первая из воинов Света.
Девочка тряхнула головой в знак согласия и, не отводя глаз от воды, провожала караван до тех пор, пока он не исчез.
Волшебное видение пропало, и вода снова стала просто водой. Мези решила, что ей надо срочно все рассказать жрецу, сестре и маме. Она стала отходить от края обрыва, но тут налетел, непонятно откуда взявшийся сильный ветер с горячим песком пустыни, и засыпал глаза девочки. Она стала их тереть обеими руками. Резкая боль заставила Мези закричать.
Она стала прыгать на одном месте, а затем, добежав до края камня, сорвалась вниз. Вода, приняв девочку в свои объятия, начала ее нежно баюкать, увлекая на дно. Мези открыла глаза, но ничего не увидела, кроме темноты. Она стала поворачивать голову в разные стороны, в надежде разглядеть хоть какое-то светлое пятно, но безуспешно. Девочка почувствовала, что воздух в ее легких заканчивается, и ей надо срочно подняться на поверхность. Но сил на это у нее не осталось. И тут она почувствовала, как чьи-то руки хватают ее и начинают выталкивать наверх. Мези напрягла зрение, но кромешная темнота не отступила. Зато внутри, в области сердца, появился яркий белый свет, который разлился по всему телу. И девочка вдруг увидела, но не глазами, а внутри себя, что ее поддерживают руки проводника, которого она только что видела в отражении воды.
Мези вынырнула на поверхность, жадно хватая ртом воздух. Она услышала крики ребят и среди них – голос сестры, звавший ее.
– Я здесь! – закричала так громко, как только смогла.
И тут же в ответ услышала:
– Слава богам, жива!
Когда ее привели домой и мама, узнав, что дочка ослепла, не говоря ни слова, крепко прижала Мези к своей груди и долго гладила ее по черным, как смоль, волосам:
– Вы сильные, девочки мои, и выдержите все, что приготовили для вас боги! А я буду рядом с вами столько, сколько мне отмерено в этой жизни.
Изис, в отличие от мамы, не видела гороскопа и карты жизни, составленной жрецом для Мези, поэтому долго считала себя виноватой в том, что случилось с сестрой. А Мези, наоборот, быстро приняла тот факт, что отныне видеть она будет не как все, глазами, а внутренним белым светом. Со временем она научилась им управлять и видеть стала не только то, что было здесь и сейчас, но и то, что только должно будет произойти в будущем. Она подчинилась силе времени, и в ответ оно открыло для нее свои тайны.
Вода в чаше стала темнеть и бурлить. Жрец спокойно ждал, пока туман рассеется. А госпожа наоборот становилась все нетерпеливее.
Наконец, вода снова стала прозрачной. Жрец склонился над чашей.
– Госпожа, вы можете подойти.
Женщина сделала шаг и стала рядом.
– Изис, ты можешь посмотреть в чашу.
Жрец обращался к ней по имени только тогда, когда видел, что ей нужна поддержка друга, а не жреца.
Изис опустила голову и стала пристально всматриваться в чашу. Сквозь зыбкую гладь воды навстречу ей по пустыне шел караван. Впереди, на огромном белом верблюде ехал высокий и стройный проводник. Он поднял голову, посмотрел на Изис, а затем показал рукой на небо.
– Это Салим, – выдохнула она.
– Да, это он, светлый вестник, – согласился с ней жрец.
