Во избежание риска мужчин этого селения необходимо обезвредить. Командиры групп получили на этот счет соответствующие указания. Выполнять приказ!
Эмиль был не в состоянии и пальцем пошевельнуть: казалось, приказ Ярдока парализовал его. Но вот он увидел, как солдаты начали разбегаться в разные стороны, и покорно двинулся в сторону дома-гриба.
«Нет! — кричало все его существо. — Нет!»
Он всеми силами старался сбросить с себя путы повиновения. Это была война с самим собой, самая жестокая и страшная из всех, что ему довелось пережить.
И вдруг над самым его ухом прозвучал чужой визгливый голос:
— Ты подчинишься приказу?
Эти слова вернули Эмиля к действительности.
— Ярдок!
Лазер он держал наизготове, оставалось только нажать на спуск. Но командир действовал быстрее его. В какую-то долю секунды он понял, что у Эмиля на уме. Он уже поднял лазер, но в последний момент Эмиль в полном отчаянии кинулся в сторону и, несколько раз перевернувшись, оказался за высоким толстым деревом. Но разве это укрытие…
Весь путь его бегства обозначил горящий след, полоса в метр шириной это Ярдок пустил в ход свой лазер.
Охваченный паническим страхом, Эмиль ждал, что огонь вот-вот пронзит ствол дерева. На мгновение у него остановилось сердце. Эмиль вскочил на ноги, сменил укрытие и выстрелил. Но на месте, где стоял Ярдок, никого не было.
Эмиль бежал по дороге, не замечая, что остановившиеся солдаты застыли, словно изваяния, и не сводят с него глаз. И тут до его слуха донесся крик:
— Стой!
Это был голос хозяина дома. Он и его жена медленно приближались к нему, словно вокруг никого из солдат не было.
Но Эмиль их не слушал. Во время маневров рота не раз проводила учебные бои с воображаемым противником в лабиринтах и на спецландшафтах. В их натруженных, истерзанных телах жило страстное желание: хоть единожды отстреляться скорее, чем компьютеры. Эмилю этого не удавалось ни разу, командиру — дважды.
Он знал, что Ярдок где-то притаился и подстерегает его. Эмиль снова сделал несколько кувырков, прокатился по земле, вскочил на ноги и побежал зигзагами.
Но вот что-то стало удерживать его. Он бежал, испытывая все усиливающееся сопротивление. А потом неведомая сила сжала его со всех сторон так, что он не мог сдвинуться с места.
Эмиль с удивлением увидел, что его отрывает от земли — и вот уже он воспарил над землей, как листок на ветру. Какое это чувство! С чем его сравнить?..
Высоко в зените светило солнце. Эмиль истосковался по его теплу, особенно недоставало его сейчас, когда он — надолго ли? — освободился от груза прошлого, от былых страхов.
Но вот он снова твердо стоит на земле, а перед ним — хозяин дома и его дочь. Девушка осторожно касается рукой его руки.
— Ты можешь остаться, — говорит ее отец. — А остальные погибнут. Мы отправили их в прошлое.
Неожиданный переход от света дня к ночной тьме на какое-то время парализовал солдат. Лазер Ярдока еще дымился. Командир, тяжело дыша, озирался по сторонам, не в силах осмыслить происшедшее. Дрожа от ярости, он выстроил роту и приказал рассчитаться по порядку:
— Тридцать! — бесновался он. — Только тридцать! Нет Эмиля! Где эта свинья, где этот подлый предатель?! — Он никак не мог остановиться.
И тут Уорнер бросил свое оружие в пыль у его ног.
Командир даже остолбенел — настолько чудовищным был в его глазах такой проступок. Но тут же снова разъярился:
— Выходи… ты тоже… ну, я тебе покажу! — прокашлял он и поднял лазер. — Никому больше не придет в голову ослушаться моего приказа!
Но к нему уже подходили и бросали наземь оружие остальные солдаты. Ошеломленный, Ярдок не знал, в какую сторону глядеть. И тут он заметил солдат противника, а за их спинами — грохочущие турбоконтеры.
«Значит, они все-таки вышли на нас!» — с ненавистью подумал Ярдок.
— Огонь! — приказал он и с удивлением увидел, что многие солдаты подчинились приказу.
Но тут зрение его было ослеплено белой раскаленной точкой. Она сияла и жгла с такой силой, что мгновенно прогрызла Ярдока.
