Альтернативная, но очень близкая к нам реальность. После грузино-осетинского конфликта 2008 года к власти в США приходит республиканец Джон Маккейн, начавший активную антироссийскую кампанию. Правительство России для поддержания национальной идеи и в целях долговременной перспективы бросает на возрождение отечественной космической лунной программы значительные суммы денег, которые приводят к появлению лунной орбитальной станции и небольшой постоянной базы на поверхности Луны. В 2020 году американские политики, чувствуя потерю первенства NASA в космосе, да и в целях поддержания статуса главной страны мира, затевают многоступенчатую операцию по провокации России на военный конфликт не только близ Калиниграда на Земле, но и в космосе — в районе естественного спутника Земли...
Автор выражает глубочайшую признательность:
Марку Серову, космонавту-испытателю Российской Федерации, — за неоценимую помощь в области космической техники и психологии. Удачных стартов, легкой невесомости, плодотворной работы и мягких посадок!
Сергею Анненкову, войска ПВО, погибшему на боевом посту. Инфаркт. Земля пухом, товарищ майор.
Александру «Новику» Москальцу, непоколебимой основе Военно-Исторического форума, эксперту по информационным технологиям и отличному, въедливому редактору
Виталию Соколову, эксперту по медицине, по-прежнему совмещающему эту должность с должностью командира творческого заградотряда
Денису Зимину — еще одному консультанту-медику и суровому критику
Александру «Lin»-y Ильину, сотруднику журнала «Новости Космонавтики», — за помощь в сборе материала. Также — огромное спасибо участникам форума этого прекрасного журнала за конструктивные дискуссии. Как правило, конструктивные. Хм.
Анатолию Заку и Марку Вэйду — за титанический труд по сбору сведений о различных космических программах.
Алексею Махрову и «махровцам»: Сергею Плетневу, Сергею Тиунову Эрмину Машуряну и другим — за беспощадное выжигание багов и несуразностей.
Андрею Посецельскому — за ценнейшую критику
… и еще многим и многим людям, оказавшим автору разнообразную помощь.
23:10 мск
Москва, Дом Правительства
— Вот педерасты! — У премьера и на прессе-то прорывалось. Объяснимо, в общем-то, — лоск, наведенный было
— Спокойнее. Мы же это просчитывали. Да, была надежда, что договоренности останутся в силе. К сожалению, не получилось. И все равно другого варианта не было. Что же — надо было позволить этому… любителю галстуков мало того что покромсать наших солдат и пяток тысяч мирных, так еще и на костях сплясать? И это только начало. Потом Миша зажевал бы абхазов — да те и сами слили бы при таких раскладах. А после Абхазии — и Чечня полыхнет, по третьему разу. Какое уж тут Сочи. Какая Олимпиада… — Президенту удерживаться от рвущейся на язык нецензурщины было несколько легче — и структуры другие, и род занятий. Так что известная лексика не перла наружу даже в узком кругу.
— Сам знаю. Но все-таки — какие пидоры, а?
— «Честный человек — это не тот, кто не берет, а тот, кто берет и делает то, за что взял». По сравнению с остальным это так, булавочный укол.
— В задницу их уколоть. Ломом.
— Ага. Титановым. Впрочем, поскольку… э-э-э… нетрадиционно ориентированные личности там и впрямь в наличии, вернее, в количестве — боюсь, некоторым это даже понравится. — Президентские шутки тоже особой легкостью не отличались, да и сам юмор частенько был понятен только коллегам. Юристам.
— Ну и что делаем? Ладно, престиж, ладно, международный имидж — но мы ведь уже
— А без Олимпиады освоить никак не получится?
— Смеешься? Кризис уже пошел в раскрутку, месяца через два каждый первый из этих, извините, «девелоперов» начнет пороги обивать, выпрашивая бабло. Цены задрали — песец, девяносто процентов народа халупу в «хрущевке» купить не могут. Ну и не покупают. А когда все посыплется — им одна песня останется: «Государство, дай».
— А если дать… э-э-э…
— Отсосать? Тогда они распилят и выведут в зелень все, что осталось. Вплоть до последнего крана, в металлолом. А перед этим — вложатся в оппозицию. И самое неприятное — если на этот раз вместо шахматиста кого-нибудь умного найдут. И народ их поддержит. На фоне грядущей задницы. И нам с тобой в двенадцатом придется коробки из-под ксерокса таскать, если не хотим полететь мошонкой кверху. А мы с тобой не Борис Николаевич в двух лицах. Нам «стратегические партнеры» много чего не простят. Меня в Гаагу за Чечню, тебя — за Осетию. Впрочем, ты еще на меня можешь свалить, ты ж настоящий юрист, выкрутишься.
— Умением выкручиваться, помнится, славился как раз некто Штирлиц, — президент развлекался, словно говорили они не о крахе одного из основополагающих проектов, а так, трындели за политику на питерской кухне под чаек лет эдак десять назад. Изредка лениво щелкал «мышкой» маковского ноута — серфил, скотина хладнокровная, адвокатская душа.
— Штирлиц был давно и неправда. Точнее, не совсем правда… В общем, не так все было. Короче, к нашим баранам. Если не родим что-нибудь, как сейчас говорят, креативное — нас просто сметут. И страну заодно угробят окончательно.
— Как вариант — влить в дороги.
